Новодевичий Богородице-Смоленский монастырь

Новодевичий был одним из самых привилегированных и богатых монастырей России. В него поступали женщины из царской семьи и знатных боярских родов: царевны, которых на Руси было не принято выдавать замуж, чтобы не плодили «лишних» претендентов на престол, опальные жены. Прекрасная и благоукрашенная, для многих обитель стала тюрьмой.

Новодевичий монастырь был основан в 1524 году великим князем Василием III на юго-западе русской столицы, в Лужниках, около Девичьего поля, в излучине Москвы-реки, на ее левом берегу, у трех переправ. Великий князь Василий Иванович дал обет: возвести монастырь, если удастся отвоевать Смоленск, отобранный у Московского княжества княжеством Литовским. И Смоленск русские действительно взяли. Это произошло в 1514 году, причем победный штурм города русскими войсками начался на следующий день после празднования в честь Смоленской иконы Божией Матери.

И монастырь появился на том месте, где в 1456-м москвичи провожали в Смоленск чудотворную «Одигитрию».

На устройство новой обители из великокняжеской казны было выдано 230 килограммов серебра.

Помимо духовного значения, монастырь обладал и ценностью, так сказать, стратегической. Он входил в южное оборонительное полукольцо, состоявшее из Донского, Данилова, Симонова, Новоспасского и Андроникова монастырей, был крепостью, охранявшей дорогу на Москву из Смоленска и Литвы.

Монастырь получил название Нового девичьего, скорее всего, в отличие от более древних столичных обителей — Старых девичьих Вознесенского в Кремле и Зачатьевского монастырей.

Девичьим же он назван потому, что, как записано в «Степенной книге», «были собраны инокини девического чина в доме Пресвятыя Богородицы, Которая есть Стена дев».

Другой вариант: обитель унаследовала имя от Девичьего поля, — по преданию, во времена татаро-монгольских нашествий баскаки выбирали здесь из числа русских девушек тех, кому предстояло в уплату дани отправиться в ордынское рабство. Впрочем, возможно и не столь драматическое объяснение

В Новодевичьем подвизались вдова царя Василия Шуйского Мария Петровна Буйносова-Ростовская, мать царя Михаила Романова инокиня Марфа и его дочь, царевна Татиана, вдовы двух сыновей Ивана Грозного. В годы раскола в Новодевичьем некоторое время держали под стражей боярыню Морозову.

В 1656 году Патриарх Никон, показывая обитель Патриарху Антиохийскому Макарию и его сыну архидиакону Павлу Алеппскому, говорил, что на Руси не найдется монастыря богаче этого. При основании монастырь получил села Ахабинево (Бежецкого уезда) и Тропарево (Московского уезда). Иван IV пожаловал Новодевичьему села в Вяземском и Оболенском уездах. В конце XVII века монастырь владел 36 селами (свыше 160 тысяч десятин) в 27 уездах от Онеги до Нижней Волги, в 1744-м в его владениях насчитывалось около 15 тысяч душ мужского пола. Кроме земельных угодий, у обители имелись крупные владения в городской черте — слобода и подворья. В 1764 году Новодевичий попал в список первоклассных женских монастырей, заняв в нем второе место (после кремлевского Вознесенского).

После того как высокие гости отслужили обедню, их угостили в трапезной поистине царским обедом: «Игумения, келарша, казначея и старшие монахини сели по своим степеням, каждая из них имела при себе служанку, которая подавала ей кушанье и питье. Другие служанки подносили нам, начиная с нашего Владыки Патриарха до последнего из нас, наилучшие постные кушанья, жареные, фаршированные и иные изысканные блюда, а также и разнообразные напитки».

Знала обитель и разорение. В 1571 году монастырь был сожжен крымским ханом Девлет-Гиреем. Едва орда отхлынула в степь, как москвичи стали сооружать на пепелище новые стены и башни, на этот раз из камня, отливать и ставить на бастионы артиллерийские орудия. И когда спустя двадцать лет хан Казы-Гирей вздумал повторить военную экспедицию, его встретила у стен Новодевичьего плотная огневая завеса. Казы-Гирей отступил. Это был последний в истории набег крымчаков на Москву...

В январе 1598 года, по смерти царя Федора Иоанновича, в Новодевичий удалилась отказавшаяся от престола царская вдова Ирина Федоровна Годунова, в иночестве Александра. С ней находился ее брат, боярин Борис Годунов, здесь ожидал он избрания на царство. Наконец, 21 февраля в Смоленском соборе Новодевичьего первосвятитель нарек Годунова царем. В годы своего правления Борис Годунов не забыл о времени, проведенном в монастыре, и украсил обитель, получившую высокий статус резиденции вдовствующей царицы-инокини.

В 1606—1611 годах с судьбой обители переплелась судьба одной из прекраснейших и несчастнейших женщин в русской истории — Ксении Борисовны Годуновой. На ее долю выпали гибель двух женихов, смерть отца, убийство матери и брата, она была поругана убийцей своей семьи — Лжедмитрием 1; уже будучи монахиней Ольгой, перенесла все тяготы полуторагодовалой осады в Троице-Сергиевом монастыре и, как только поляки отступили от Лавры, вместе с дочерью двоюродного брата Ивана Грозного Марией Владимировной Старицкой, в иночестве Марфой, переехала в Новодевичий монастырь.

Но и здесь, вместо успокоения, ждало дочь царя Бориса новое злоключение. В начале августа 1611 года казаки Ивана Заруцкого взяли приступом обитель и разграбили ее. В одной из грамот того времени говорится: «Когда Ивашко Заруцкий с товарищами Девичий монастырь взяли, они церковь Божию разорили, и черниц, королеву, дочь князя Владимира Андреевича, и Ольгу, дочь царя Бориса, на к