Честерфилд о воспитании джентльмена

И.И. Абрамова

Филип Дормер Стенхоп, граф Честерфилд (1694-1773), происходил из знатного английского рода. Он был старшим сыном третьего графа Честерфилда и Елизаветы Сэвил, дочери маркиза Галифакса. При жизни он был известен как видный государственный деятель, дипломат, один из лидеров партии вигов в парламенте. Его общественная деятельность началась, когда после внезапной смерти королевы Анны в 1714 году в силу акта о престолонаследии королем Англии был провозглашен немецкий курфюрст Георг I, ставший первым правителем, происходившим из Ганноверского дома. Честерфилд занимал ряд крупных государственных постов: в 1772-1732 гг. он был послом в Голландии, в 1745-1746 − наместником в Ирландии, в 1746-1748 был назначен на еще более высокий пост государственного секретаря.

Но настоящую известность принесли Филипу Стенхопу опубликованные через год после его смерти «Письма к сыну». Благодаря им он вошел в историю XVIII века как выдающийся писатель, публицист, философ-моралист и педагог. «Письма к сыну» графа Честерфилда приобрели известность сразу же при первом издании книги. Впоследствии она переиздавалась по несколько раз в год, была переведена на все европейские языки и стала классическим образцом английской эпистолярной книги. В XIX веке было опубликовано еще несколько книг Честерфилда, рукописи которых нашли в его семейных архивах или перепечатали со страниц английских журналов, и его репутация писателя, мыслителя и педагога сложилась окончательно.

Вместе с тем понимание личности Честерфилда и его знаменитой книги было неоднозначным. Его считали мудрым воспитателем просветительского склада, опытным педагогом, выработавшим законченную педагогическую систему, и в то же время объявляли беспринципным циником, проповедником эгоистической морали, вельможей, во всех тонкостях изучившим искусство придворного лицемерия. Так, Вольтер в 1774 г. писал о том, что «книга эта весьма поучительна и, пожалуй, это самое лучшее из всего когда-либо написанного о воспитании» [1]. Вместе с тем, Ч. Диккенс в своем историческом романе «Барнеби Рэдж» (1841) изобразил Честерфилда под именем сэра Джона Честера, джентльмена элегантного и благовоспитанного, но бессердечного и эгоистичного, который принял участие в так называемом «Гор-доновском бунте» 1780 года вместе с отребьем преступного мира [2]. Английские критики нередко утверждали, что Честерфилд был мало похож на английского джентльмена и что он усвоил типичные черты французского вельможи конца царствования Людовика XIV и начала регентства [3]. Но и французские авторы не всегда были к нему благосклонны. С особым негодованием писал о нем знаменитый французский историк XIX века Ипполит Тэн. В своей «Истории английской литературы» он посвятил «Письмам к сыну» две страницы, состоящие из весьма тенденциозно подобранных цитат, подтверждающих его мысль о том, что Честерфилд говорит о таких понятиях, как «справедливость» и «честь» лишь вскользь, для приличия, а главным в человеке для него являются «хорошие манеры» [4]. В XX веке споры вокруг «Писем к сыну» улеглись, оценки стали более взвешенными и спокойными. Связано это скорее всего с тем, что современники были беспомощны в критике увиденных Честерфилдом, часто тщательно скрываемых черт человеческой личности, перед той обезоруживающей честностью и прямотой, с которой были написаны «Письма». Дело в том, что они никогда не предназначались для печати и были написаны с той степенью откровенности, с какой отец, готовя сына к будущей карьере дипломата и государственного деятеля, мог говорить с ним, не боясь быть непонятым. Честерфилд описывал человеческие отношения в том светском обществе, полноправным членом которого предстояло стать его сыну. Будучи человеком большого вкуса и редкой начитанности, знаток всех стран Европы, он был несомненно интересным бытописателем своего времени и мыслителем. Эпиграфом к его книге можно было бы с полным правом отнести слова из «Новой Элоизы» Ж.-Ж. Руссо: «Я видел нравы моего времени и опубликовал эти письма» [5]. Для историков ХХ века это произведение стало «Книгой истории».

И все же основная цель писем педагогическая. Именно поэтому они представляют огромный научный интерес с точки зрения реконструкции определенной педагогической системы, целью которой являлось воспитание истинного английского джентльмена, далекого от идеальной личности, но умеющего жить и добиваться положения в высшем обществе.

Родительские письма к сыну − один из весьма распространенных жанров в мировой педагогической литературе. И в Византии, и в Западной Европе, и в Древней Руси этим жанром часто пользовались для изложения моральных правил, так как видели в нем одно из средств придать этим правилам внушительность и своего рода непререкаемость отцовского наставления. Образцом для многих ранних подобных произведений служили наставления сыну в так называемых «Притчах Соломоновых», «Поучения отца к сыну». Среди многочисленных образцов в этом жанре, написанных в средние века, − труд византийского императора Константина Багрянородного «Об управлении империей», написанный в форме поучения к сыну, наставления Людовика Святого («Enseignements»), внесенные в «Хронику» Жуанвиля, и многие другие. Интересно, что одно из ранних произведений этого рода возникло на заре английской истории − англосаксонские «Father Larcwidas», т.е. «Отцовские поучения». Непосредственными предшественниками «Писем» Честер-филда можно считать целую серию трактатов, которые имели воспитательно-образ