Глобальный конфликт цивилизации и культуры

20 век: Глобальный конфликт цивилизации и культуры

Содержание

1. ГУМАНИСТИЧЕСКИЙ ПРИНЦИП: ОТ РЕНЕССАНСА К ДЕКАДАНСУ

2. СОВРЕМЕННАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ: КРИЗИС ИЛИ ТУПИК?

3. КТО ВИНОВАТ? "ТИТАНЫ" И 'ВОССТАНИЕ МАСС

4. В ПОИСКАХ ИСХОДА ИЗ ЛАБИРИНТА

6. ЛИТЕРАТУРА

1. ГУМАНИСТИЧЕСКИЙ ПРИНЦИП: ОТ РЕНЕССАНСА К ДЕКАДАНСУ.

Вопрос вопросов нашего времени - соотношение между цивилизацией и культурой. Если цивилизация на "перекате" от одного тысячелетия к другому представля­ет собою грандиозную и еще недавно совершенно фан­тастическую, мысле - и рукотворную картину техногенной "второй природы", то остается открытым вопрос:

служит ли это беспрецедентное творение его созидателю - творческому человеку? Ответить на него возможно лишь при условии обращения к истокам современной цивилизации - ценностям и смыслам фундаментальной социокультурной революции, которая обусловила прорыв человечества на качественно новый уровень технологи­ческой свободы и создание нового, индустриального со­циума.

Ценности и смыслы нашей цивилизации сфор­мулированы европейским Возрождением и Просвещени­ем. Социокультурный смысл Возрождения подтверждает принципиально важную идею французского историка и культуролога Ж. ле Гоффа о том, что Возрождение не есть возвращение. Тенденция такого возврата к антич­ным ценностям была лишь "кажимостью" для мыслите­лей и творцов Возрождения. Они вернулись к гумани­стическому принципу Протагора: "Человек - мера всех вещей", но оказалось, что дважды в одну реку войти нельзя.

Античный человек был, по определению Н. Бер­дяева, объектно-космическим, одним из феноменов многоликого, но неизменно антропоморфного, одухотворен­ного земного и небесного космоса. Следуя Сократу, он познавал себя именно во внешней ипостаси, и все его ценности были ее выражением - фатальный круговорот вещей, застывшая гармония архитектурных шедевров страсти олимпийских боголюдей и мудрость созерца­тельного отстранения от страстей, возврата вспять, к ве­ликим духовным праматерям (Платон).

Сменившая античную христианская система цен­ностей сформировала человека, который бренно и сует­но страдает в земном мире, но может обрести подлинный, "терний" мир при условии осознания пер­вородного греха, покаяния и смирения, неустанного ду­ховного напряжения сопричастности к своему творцу-богочеловеку. Свободомыслие, социальный активизм, творчество подавлялись не только инквизицией, но и всем консервативным устройством общества, осно­ванного на рутинном производстве, традиции и борьбе за выживание.

Такие жизненные ориентации поощрялись гос­подствующим христианским мировоззрением.

Однако "долгая ночь" пассивности и страдания, отчуждения от ближних и ожидания Страшного суда не могла быть бесконечной. Развитие общественных по­требностей, а с ними - и производительных сил ("наук и ремесел", как выражались тогда) потребовало динамики человеческой природы - нового человека Возрождение было первым ответом на эту потребность. Еще не от­вергая внешних символов христианства, оно совершило революционный переворот в мировоззрении устранило дуализм миров, гением Данте очеловечило ад и упразд­нило веру в рай, по библейски потребовало от человека действовать "здесь и сейчас", и "если не я, то кто же?”

Таково идейное завещание Возрождения Новому времени и его великому духовному феномену - Просве­щению. "Внутри истории Нового времени, - отмечает М. Хайдеггер, - человек пытается - и эти попытки со­ставляют историю новоевропейского человечества - во всем и всегда опереться на самого себя в качестве все­общего средоточия и мерила в господствующем положе­нии. Для этого нужно, чтобы он все больше и больше удостоверялся в собственных способностях и средствах господства и всегда снова и снова приводил их в состоя­ние безусловной готовности. Это - история ново­европейского человечества, которая лишь в XX веке впервые в полном согласии со своим внутренним зако­ном выходит на простор сознательного порыва необори­мой воли и неуклонно достигает цели.

Этот "внутренний закон" Нового времени - осво­бождение человека

философия сосредотачивается на таких вопросах' "Что такое человек? Что он может знать? Что он должен делать? На что смеет надеяться?

Ж. Ж. Руссо, блистательно доказавший, что прогресс "наук и ремесел" приводит скорее к падению, чем к подъему нравов.

Но К. Маркс был первым, кто не просто указал на бесовскую сущность наличного общественного строя, но и обнажил его социально-историческую анатомию. В наше время, - писал он, - все как бы чревато своей про­тивоположностью. Мы видим, что машины, обладающие чудесной силой упрощать и делать плодотворнее наш труд, приносят людям голод и изнурение. Новые, до сих пор неизвестные источники богатства благодаря каким-то странным, непонятным чарам превращаются в источ­ники нищеты. Победы техники как бы куплены ценой моральной деградации. Кажется, по мере того, как чело­вечество подчиняет себе природу, человек становится рабом других людей или же рабом собственной подлос­ти. Даже чистый свет науки не может, по-видимому, си­ять иначе, как только на мрачном фоне невежества. Этот антагонизм между современной промышленностью и наукой, с одной стороны, и современной нищетой и упадком, с дру