Сурок Мензбира

Контрольная работа по дисциплине «Биология»

УдГУ

Кафедра биологии

Ижевск, 2001

Горная страна Тянь-Шань издавна заселена многочисленными сурками, но лишь на двух «пятачках», расположенных в высокогорных степях западной части Таласского и юго-западной части Чаткальского хребтов, обитает с незапамятных времен самый маленький из всех сурков — сурок Мензбира, или кок-суур. Непонятно, как мог этот вид сохраниться вообще. Более древний, чем обыкновенный байбак и гималайский сурок, он обособился в конце неогена и занимает сегодня практически тот же ареал, что и его предок. Такие виды животных называют реликтовыми эндемиками. Чаще всего эндемики выживают в том случае, если их не вытесняют более сильные и жизнестойкие родственники. Кок-суур же буквально окружен собратьями со всех сторон: с востока и юга его поджимают красные, или длиннохвостые сурки, с севера — обыкновенные. На запад уйти нельзя – там Кызылум, а кок-суур все-таки житель гор. Прижатый к пустыне почти вплотную, он тем не менее продолжает жить.

Однако в последнее время численность сурков Мензбира, достигавшая ранее сотен тысяч, начала резко снижаться и сейчас упала до трех десятков тысяч. Сузился и их ареал. Этот сурок занесен в Международную Красную книгу под категорией два. Это означает, что в недалеком будущем возможно полное его исчезновение. В чем же дело? Ведь миллионы-то лет вид существовал, несмотря на такое же многочисленное окружение родственников.

Одно из владений сурков Мензбира располагается высоко в горах на территории горно-лесного Чаткальского заповедника. Здесь на альпийских лужайках, где огромные валуны теряются в густых зарослях пионов, есть главное, необходимое кок-сууру для жизни — сочный корм.

Снежники, подтаивая, постоянно дают воду молодым побегам, которые появляются раньше всего в местах, где ветер сдул снег. А по кромке горных «болот» свежая зелень стоит все недолгое лето. Кок-сууру только это и нужно. Дело в том, что он очень плохо пережевывает пищу. Гораздо хуже, чем другие сурки, а значит, трава ему требуется нежная и ни в коем случае не старая. Как только она кончается, кок-суур впадает в спячку, которая часто длится с сентября до конца апреля, без малого восемь месяцев.

Длина сурка Мензбира всего 40—45 сантиметров. Шерсть на щеках, шее и животе — светлая, а спинка и бока темные.

Зимовочные норы кок-суур роет глубиной до двух с половиной — трех метров со множеством подземных пещер-квартирок по ходу тоннеля. Главная, спальная нора — самая крупная, площадью почти в квадратный метр и высотой сантиметров сорок. Есть и теплый туалет. Сурки неважно видят и слышат, поэтому у них весьма распространен принцип совместного общежития, где чувствуется «плечо соседа». Живущие по разные стороны крупных камней зверьки оповещают друг друга криками о приближающейся опасности. Семьи у них большие и дружные. Вместе со взрослыми живут и годовики, и уже совсем взрослые сыновья и дочери двух-трех лет. Одна семья занимает до четырех гектаров земли, а границы территории четко маркированы покопками и разного рода выделениями. Сурок Мензбира — животное очень мирное и спокойное, редко когда пограничные конфликты между семьями кончаются драками. Чаще, как задиристые мальчишки, сурки принимают угрожающие боевые позы, но дальше этого не идут. А ведь малая активность в защите своей территории — плохой помощник в борьбе за существование...

Сурки Мензбира за день посещают норы многократно, иногда одну до пятнадцати раз. Они кропотливо занимаются воспитанием подрастающего поколения и благоустройством своих подземных жилищ. Матери, а позже, вероятно, и отцы кормят сурчат, следят за ними, ухаживают, вылизывают, в общем, занимаются гигиеной, меняют травяные подстилки в норах, расширяют и удлиняют их заблаговременно, с учетом предстоящего пополнения в семье.

Кок-суур — самый неплодовитый из всех сурков. Ежегодный прирост в среднем составляет два-три сурчонка. Именно это — одна из основных причин сокращения их численности. Качество меха, мяса, жира кок-сууров, на их беду, выше, чем у других сурков в этом районе. Понятно, чем это грозит — браконьеров везде хватает. А в последнее время еще, кроме орлов, лис, медведей, у сурков Мензбира появились новые враги — бродячие собаки. Тысячелетия существовал вид, сохранялся, а тут за десятилетия попал под угрозу исчезновения. Даже немногих отрицательных факторов было достаточно, чтобы нарушить существующее веками равновесие. Для спасения сурков Мензбира необходимо до минимума сократить эти новые губительные воздействия: браконьерство, нашествие бродячих собак, геологические разработки вблизи поселений кок-сууров (в охранной зоне Чаткальского заповедника они имеются).

Представим себе, что в борьбе за существование небольшое количество сурков, живущих на равнине или в полосе горных лесов, случайно либо в поисках лучшей доли поднялись до пояса степей и обжились на альпийских лужайках, прельщенные обилием свежего корма. Постепенно у них появились особенности, позволяющие им перерабатывать только нежную пищу — сочные травы, растущие в альпийской степи, причем определенный набор растений.

В то же время более крупная и выносливая часть сурков, разбредясь по горам, облюбовала себе высокогорные пустыни (гималайский сурок, многочисленный, с огромным ареалом, но изученный, пожалуй, еще меньше, чем кок-суур).

Таким образом и распределились три вида сурков, обитающих на Тянь-Шане. Красный длиннохвостый, сурок обжи