Великая княгиня Елена Павловна

З. Ермакова

В сентябре 1823 года принцесса Вюртембергская Фредерика-Шарлотта-Мария, избранная в жены Великому князю Михаилу Павловичу, ехала в Россию. При встрече на границе казаки приветствовали ее громким «Ура!» «Спасибо, ребята», - по-русски ответила она и, обращаясь к сопровождающим, заметила по-французски: «Я чувствую, что въезжаю в отечество».

В Гатчине принцессе было представлено около 200 человек, и каждому она нашлась что сказать. С А. С. Шишковым беседовала о славянском языке, с генералами - о сражениях и походах. Князю Голицыну, министру духовных дел и народного просвещения, в ведении которого находилось и почтовое сообщение, мило улыбнулась: «Я вам весьма обязана за ту быстроту, с которой мне сменяли подставы на каждой станции». Н. М. Карамзин с приятным удивлением услышал, что принцесса читала его «Историю Государства Российского» в подлиннике. «Умница редкая! - отзывался о ней сенатор Ю. А. Нелединский-Мелецкий. - Все в этом согласны. Но, кроме ума, она имеет самый зрелый рассудок и были примеры решительной ее твердости. И все в 16 лет!.. Личико у нее (...) имеет черты правильные, свежесть розана, взгляд живой, вид ласковый»1.

Фредерика-Шарлотта, дочь принца Павла, родилась 28 декабря 1806 года в Штутгарте. С девятилетнего возраста жила в Париже, воспитывалась в пансионе писательницы Кампан, где подружилась с дочерьми наполеоновского генерала графа Вальтера, близкими родственницами знаменитого натуралиста Жоржа Кювье. Беседы с Кювье, продолжительные прогулки с ним весьма содействовали развитию принцессы, от природы любознательной и даровитой. Покинув Париж, она продолжала вести с Кювье оживленную переписку.

Венчание Фредерики-Шарлотты и Михаила Павловича состоялось 8 февраля 1824 года. Посаженным отцом был Александр I. Приняв православие, принцесса при крещении получила имя Елена. Прожила в браке 23 года, овдовев в 1849 году. Император Николай I, ежедневно вплоть до своей кончины посещавший ее, питал к ней чувства самой искренней приязни и глубокого уважения, не уставая повторять: «Елена - это ученый нашего семейства, я к ней отсылаю европейских путешественников»2.

Елену Павловну - женщину энциклопедически образованную - все интересовало, она всех знала, всему сочувствовала и, по словам В. Ф. Одоевского, бывшего домашним человеком во дворце Великой княгини, «вечно училась чему-нибудь». В. А. Инсарский вспоминал, что его товарищи - агроном Лоде и лесовод Петерсон - читали лекции Великой княгине по этим предметам. (...) Понятно, что если эта «сушь» не отталкивала ее, то и другие занятия не были ей чужды»3. Д. А. Милютина, представившего Елене Павловне «Первые опыты военной статистики», она пригласила в Павловск и в разговоре «обратила внимание на такие подробности, на которых едва ли останавливались многие даже из ученых специалистов»4. Д. А. Оболенский, познакомившись с Великой княгиней, впервые «увидел женщину, которая ясно знала и понимала, что такое Гражданская палата»5. Известный славянофил А. И. Кошелев свидетельствовал: «Она была чрезвычайно любезна и поражала обширностью и развитостью своего ума, взгляд ее на дела был истинно государственным»6.

По завещанию императрицы Марии Федоровны Елена Павловна стала попечительницей Мариинского и Повивальных институтов. «Зная твердость и доброту характера своей невестки, - писала Мария Федоровна, - я убеждена, что в таком случае эти институты будут всегда процветать и приносить пользу государству»7. Великая княгиня проявила себя не только как заботливая покровительница, но и как рачительная хозяйка, входившая в малейшие подробности жизни этих заведений. Современника поразило ее требование к воспитанницам Мариинского института на экзамене по истории говорить о темных сторонах нашего прошлого «с русским чувством, но правду». Вскоре к ней перешло высшее заведование Максимилиановской больницей, которую Елена Павловна совершенно преобразила, значительно расширив и открыв стационарное отделение. В ее ведении состояло также первое в России бессословное женское училище святой Елены.

Судьба не пощадила материнских чувств Великой княгини, из пяти дочерей потерявшей четыреех. Но Елена Павловна не опустила рук и в память о покойных девочках основала в Москве Елисаветинскую клиническую больницу для малолетних детей, а в Петербурге и Павловске - приют Елисаветы и Марии. В последние годы жизни она была занята мыслью об устройстве лечебно-благотворительного и одновременно научно-учебного учреждения, где молодые врачи могли бы повышать квалификацию. Эти планы осуществились уже после ее кончины в 1885 году, когда открылся Клинический Институт Елены Павловны.

С принятием православия небесной покровительницей Великой княгини стала равноапостольная Елена, царица Константинопольская, отыскавшая в IV веке Крест Господень. И Елена Павловна сроднилась с праздником Воздвижения. Особенно сочувственно относилась она к Воздвиженскому храму, находившемуся в Московской Ямской слободе в Петербурге, подарив ему икону равноапостольных Константина и Елены с частицами Креста Господня, честных мощей Иоанна Предтечи, апостола Андрея Первозванного, равноапостольного Константина и святителя Иоанна Златоуста. «Меня побуждает к тому, - писала она, - мое искреннее благоговение к святому символу нашей веры и надежды, к которому я часто прибегала в минуты скорби и постигавших меня несчастий»8. Не ограничившись этим поистине бесценным даром, Елена Павловна заказала для храма большой запрестольный образ Воздвижения Кр