Проза о крыльях

ПРОЗА О КРЫЛЬЯХ

ПРОГРАММА "ПРИЕМЫ ЖУРНАЛИСТИКИ И PUBLIC RELATIONS" как СИСТЕМА ИДЕЙ

ХОТЕЛИ КАК...

Издревле люди хотели летать непременно "как птица". Но полетели-то "как воздушный шар", "как планер", "как самолет", "как ракета", наконец. К чему это в статье о компьютерной программе? А вот к чему: известная формула "хотели как лучше..." при старте новых идей или услуг почти всегда приводит первых "энтузазистов" к сверхрекламе.

Вспомним обещания благ сплошной робототизации, компьютеризации, ваучеризации, непознанных возможностей Internet и даже, страшно сказать, недавние сверхобещания счастья народного "на пути демократических реформ"... Конечно, очередные сверхобещания - хоть большевиков, хоть демократов - позже приходят в норму. Но только спустя какое-то время.

То же самое происходило и с классом компьютерных программ, о котором пойдет речь. На основании буйной фантастики 60-х и, чего греха таить, авансов кибернетиков, каждый 30-й человек с высшим образованием до сих пор донимает нас вопросом: "А что, теперь нажимаешь Enter, и программа сама всю статью пишет, да?"

НО, КАЖЕТСЯ, ВЗЛЕТЕЛИ КАК...

Осознавая эффект "сверхобещаний", разработчики программы "ПРИЕМЫ ЖУРНАЛИСТИКИ и PR" сразу отказались от ненаучной фантастики: "Программа пишет весь текст сама, без участия человека!". Давайте, сказали мы друг другу, постараемся вначале взлететь, если не как натуральная птица, то как нормальный планер. Но взлететь! Что в переводе с "самолетного" языка на обычный означает: если уважаемый Автор знает, о чем писать ("фактуру") - постараемся вывести его в область приличных журналистских, литературных решений.

Как показывает статистика, даже признанные Мастера текста используют в своих работах не более 10 - 15% известных риторических и стилистических приемов (заметим, это соотношение близко к известной закономерности Вильфредо Парето: 80% работ выполняют 20% активных людей). И, вероятно, причина здесь не в особенностях конкретных людей или их обучении, и даже не в спасительном для бездельников "кризисе российской экономики" и т.п., а в том, что человек вообще склонен тиражировать то, что у него хорошо получилось.

Вспомним:

спортсмены-борцы устойчиво используют всего несколько "коронных приемов" из всего арсенала;

на персональных выставках художников, фотографов видны те несколько "ходов", которые разрабатывает автор;

на серии спектаклей или фильмов заметны любимые находки режиссера и актеров;

да и авторитетный вузовский преподаватель зачастую повторял уже не раз слышанные остроты...

Наш вывод: то, что получается - тиражируется. И уже не столь важно: осознает Автор это или нет. Эффект есть.

Так вот, если мы сможем за несколько минут вывести Автора в область приличных (пусть даже на ремесленные "четыре с минусом") и расширяющих его индивидуальную палитру (помните о 10 - 15%?) решений, то Автор, знающий "фактуру", сможет создать хороший текст.

В проекте "Приемы журналистики" мы стараемся объединить достоинства Человека с достоинствами машины: интуицию и знания Автора с оперированием большими объемами информации, хорошо удающимся компьютеру.

ВАРИАНТ и ИНВАРИАНТ от ЛУЧШИХ ТЕКСТОПРОИЗВОДИТЕЛЕЙ

(теоретическая глава, которую можно пропустить!)

Нефилософский вопрос: сколькими арифметическими способами можно превратить одно число в другое?

Ответ-1: шестью, вот они: сложение; вычитание; умножение; деление; возведение в степень; извлечение корня;

Ответ-2: четырьмя, поскольку возведение в степень и извлечения корня - производное от умножения и деления;

Ответ-3: двумя - сложением и вычитанием, ибо остальные арифметические действия - производны от них.

Ответ-4: одним - в компьютерах все арифметические операции сведены к сложению двоичных чисел. Заметим: чисел - бесконечное множество, а (сейчас будет важное слово!) преобразований чисел друг в друга - всего несколько (сравните Ответы-1, 2, 3 и 4). Сходную идею высказал еще Цицерон в речи "Об ораторе": "Разница между построением слов и мыслей состоит в том, что при перемене слов словесное построение нарушается, а построение мыслей сохраняется, какими бы словами ни пользоваться".

На основе изучения более 12 500 русскоязычных текстов, мы утверждаем: число преобразований Текста-1 в Текст-2 тоже конечно. Велико. Но конечно. При этом не столь принципиально, о чем Текст-1 (об одических тенденциях в произведениях Рылеева и Кюхельбекера, об аэрогриле или о похождениях кота президента Клинтона и т.п.), так же как не принципиально для таблицы умножения, что на что перемножать: километры на рубли или грузовики на ящики. Поскольку если мы знаем приемы преобразования - мы перемножим числа верно. Поэтому если изучать собственно тексты, число коих стремится к бесконечности (утверждают, что количество работ по изучению наследия А.С. Пушкина уже в сотни раз превышают по объему работы первоисточника), то это можно делать долго, честно и... не очень результативно, если иметь в виду ответ на вопрос: "А как написать приличный текст?" Так вот, мы стали изучать Приемы преобразования текста = инварианты, а не в