Пиар и бизнес в России

Развитие пиара напоминает четыре возраста человека в отношениях с другими людьми: "я хочу!", "ты со мной играешь?", "ты меня понимаешь?", "ты меня уважаешь?". Нынешняя ситуация носит временный характер как болезнь роста. Реальность меняется на глазах.

Жизнь внесла ясность в долгие споры о русскоязычном эквиваленте public relations: родилось новое русское слово — «пиар» (ср. пиарить, напиарили, запиарились). Причем сразу — с прилагательным, придающим негативный оценочный смысл — «черный пиар». Эта характеристика PR — как деятельности, направленной на разрушение чьего-то позитивного имиджа (других фирм или лиц) методами на грани, а то и за гранью норм права и морали — распространяется в общественном сознании на PR как таковой. Эти же представления доминируют и в сознании профессионалов PR, журналистов, предпринимателей, менеджеров и политиков, кладутся в основу учебных курсов и практикумов. В таком ключе пишутся книги, учебники и рекомендации, закрепляя профессиональный имидж современного отечественного PR как отвязного, без тормозов циничного манипулирования.

Политический PR и бизнес-PR. Такая ситуация обусловлена особенностями современной российской экономической и политической ситуацией. Отечественный PR — это преимущественно PR политический. Серия интенсивнейших избирательных кампаний по формированию местных, региональных и федеральных органов власти, использование в них неоднозначных «избирательных технологий» привели к тому, что в сознании публики и в публицистике PR воспринимается не иначе как «черный пиар».

Более того, именно в сфере политики «крутятся» основные деньги на PR-услуги, осваиваемые профессионалами. Именно на участии в избирательных кампаниях нарабатывается профессиональный опыт ведущих агентств, фирм, консультантов и экспертов.

Однако в общемировой практике основную часть рынка PR-услуг образует не политический, а бизнес-PR. И важны различия между ними. Эффективность политического PR довольно проста — количество поданных голосов, проведение конкретного решения. Политический PR является, скорее, политической рекламой, чем собственно PR. Речь идет о продаже конкретного товара (кандидата, программы, решения) на политическом рынке — не более.

Бизнес-PR выстраивается на более долгую перспективу, носит более систематический характер. Более того, политический PR и политику в целом можно рассматривать как часть PR бизнеса: политика, вообще-то, ни что иное, как игра интересов делового мира и других социальных сил, а потому — суть проявление их лоббистской деятельности, т.е. одного из секторов бизнес- PR.

В России же на протяжении всей ее истории не собственность рождала власть, а власть рождала собственность. В наши дни в стране произошел «большой хапок» и ведется отчаянная борьба за удержание его результата — с одной стороны, и с другой — за передел этих результатов на местном уровне и в федеральном масштабе. Энергетика этой борьбы чудовищная. Страна находится в стадии глубокой и интенсивной трансформации, ломки многих стереотипов, традиций, представлений, становления новых ценностей и норм, форм жизни.

Вся эта борьба сопровождается попытками циничного манипулирования общественным мнением и сознанием в силу тактического, сиюминутного характера целей. Причем, все это еще пришлось на многолетний опыт советской пропаганды со всем ее цинизмом, систематической ложью, показушностью. Поэтому современный российский PR — это что-то очень циничное, по ту сторону добра и зла, а сам пиарщик-имиджмейкер — белокурая бестия, шагающая по душам, а то и трупам или просто стремно вешающая лапшу на уши. В такой ситуации попытки говорить об этических оценках PR выглядят как признак слабости и несостоятельности. «Наказание бессмысленно, если полученная прибыль превышает наказание» (К. Маркс).

В ситуации перехода системы в иное состояние иначе и быть не может — при смене образ жизни старые и привычные правила и стандарты уже не работают, а новые еще не устоялись. В таких ситуациях резко снижается порог этического («наши — не наши», «убей немца», «тяжело раненого товарища — пристрели» и т.п.). Как говорил теоретик и практик революции — «Мораль? Выдумка слабых, жалобный стон неудачников». (В.И. Ленин).

Восприятие, понимание и практика PR существенно зависят от экономической ситуации, зрелости общества. Если опираться хорошо известную периодизацию развития PR, то можно говорить о четырех основных моделях (трактовках) PR и соответствующих им подходах: манипулировании, информировании общественности, ориентации на взаимопонимание, социальном партнерстве.

Именно при манипулятивном подходе усилия по PR имеют пропагандистско-рекламный характер. Однако, при всем своем цинизме манипулятивный подход весьма романтичен, если не инфантилен. Его ресурс весьма ограничен. По мере вызревания рыночных отношений, стабилизации экономики, социально-политической жизни, все более отчетливо проявляются недальновидность такого понимания назначения PR, даже его опасность для интересов и целей фирмы.

Указанные модели и соответствующие им подходы к PR напоминают четыре возраста человека, характеризующие его отношения с другими людьми: «я хочу!», «ты со мной играешь?», «ты меня понимаешь?», «ты меня уважаешь?».

Нет универсально чистой модели PR. Реальный конкретный PR интегрируется в сложный комплекс целей и мотиваций, адекватный конкретной политико-экономиической ситуации. Каждая из моделей по-