Основные черты постиндустриального общества

ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОГО ОБЩЕСТВА

В.С. Гриценко

Философско-социологический факультет,

Пермский государственный университет

Во второй половине XX в. развитые страны вступают в новую стадию, названную постиндустриальным (информационным, информациональным, обществом знаний ) обществом. Интересен шведский термин “K-samhälle” (К-общество), выражающий три аспекта нового общества: kunskap (знание), kompetens (компетенция) и kommunikation (коммуникация).

Примечательным симптомом нового общества и новой экономики является тот факт, что в 1955 г. в США затраты на производство информации впервые превысили затраты на материальное производство . Теория постиндустриального общества была разработана в общих чертах в 1960 – 1970 гг. Д. Беллом, Э. Тоффлером, Ж. Фурастье, Р. Хейлбронером, Д. Дракером и другими. Представитель «новой волны» постиндустриализма М. Кастельс внес ряд существенных дополнений в эту теорию.

К.К. Вильямс (C.C. Williams, проф. социальной политики, Школа менеджмента при Университете Шеффилда, Великобритания) классифицирует все теории постиндустриального общества по представленной в них модели будущего труда (3). Так он выявляет «доминирующие теории» и «контр-теории». В первую группу входят теории «формализации» труда (производство и распространение товаров и услуг приобретает все более формализованный характер, места неформальному, творческому труду не остается); «товаризации» труда (капиталистические отношения проникают все глубже во все сферы жизни общества); «глобализации» труда (регулируемые национальные экономики исчезают, бизнес функционирует в открытой всемирной экономической системе на нерегулируемом – на первый взгляд – мировом рынке). Во вторую группу, соответственно, теории «де-формализации», «де-товаризации» и «локализации». Особняком стоят так называемые «пост-теории»: «постиндустриализм», «постфордизм» и «постбюрократическая» теория.

Теория постиндустриального общества в последние два десятилетия получила широкую разработку в зарубежной науке. Создается впечатление, что наибольший интерес к этой теории обнаруживают ученые-марксисты – представители школы «автономного марксизма» (Н. Дайер-Визефорд, А. Негри, М. Хардт, С. Лернер и другие), Ш. Сэйерс, Т. О’Доннел, Э. Финберг и другие. Показательно, что в работе Н. Дайера-Визефорда «Кибер-Маркс: циклы и круговороты борьбы в высокотехнологичном капитализме» (1999) из 679 использованных источников большинство – марксистские. Характерно также, что наиболее серьезные теоретические вопросы: о сущности современной формы труда, всеобщего материального труда, об универсальном средстве производства, как будет показано, обсуждаются именно марксистами. Институтом Марксистских Исследований при Университете Брюсселя ежегодно организуется коллоквиум «Будущее человеческого труда»; в Великобритании проводится Ежегодная Лондонская Конференция по Историческому Материализму.

Однако не следует думать, что марксистская и постиндустриальная парадигма совпадают. Р. Кокс (Социалистическая партия Великобритании) указывает на их существенных различия (2). Если постиндустриалисты, к примеру Р. Хейлбронер, указывал на снижение напряженности классового конфликта между элитой традиционного индустриального капитализма и возникающими элементами иерархически неорганизованной постиндустриальной структуры, то марксисты скорее согласятся с Э. Тоффлером в том, что Третья индустриальная революция ускоряет «всеобщий кризис индустриализма» и порождает новый тип общества. В марксизме приоритет в развитии общества отдается производительным силам. Развиваясь и приходя в противоречие с производственными отношениями, сдерживающими их, производительные силы становятся причиной социальной революции как результата классовой борьбы, в которой политическая победа прогрессивного класса и установление новой системы отношений собственности и способа производства в целом больше соответствует прогрессивным производительным силам. Производительные силы выступают двигателем истории. Теория постиндустриализма, согласно Коксу, впадает в технологический детерминизм, забывая об отношениях собственности и сводя производительные силы к технологии. Для марксизма технологический прогресс – это не автономный, независимый от общества процесс. Поэтому технологический прогресс обусловлен обществом и сам является условием для общества. Следующее различие состоит в отношении к новому субъекту труда в постиндустриальном обществе. Постиндустриалисты говорят о смене фордизма тойотизмом, который подразумевает рост информационных технологий и вытеснение из производственного процесса традиционных управленческих структур. Иерархическая система принятия решений заменяется многофункциональными командами рабочих, самоорганизующихся на каждой ступени производства от дизайна до контроля качества, где каждый член команды вносит вклад в процесс непрерывного развития производства. При этом каждый имеет доступ ко всем электронным источникам информации, генерируемой внутри компании.

С точки зрения социалистов, такой вариант развития предшествует появлению многофункционального работника, которого Маркс считал опорой социалистической системы производства. Это также подтверждает наличие связи между мотивацией и более справедливым распределением функции принятия решений. Однако было бы наивным рассматривать эти прогрессивные явления вне капиталистического