Шоковая терапия в экономике

1. Провалившаяся попытка перехода к рыночной экономике

«Шоковая терапия», начавшаяся в январе 1992 г., была попыткой России совершить переход к рыночной экономике. Соответствующая программа, составленная Егором Гайдаром при поддержке западных экономистов, Всемирного банка и МВФ, начала реализовываться вскоре после распада Советского Союза. Многие из основных «шокотерапевтических» идей остаются в силе и сегодня, несмотря на то, что официально от них отказались.

Среди ее последствий американские и другие западные бизнесмены отметили препятствия, возникшие на пути развития российского предпринимательства. К ним относятся: коррупция, запретительный уровень налогообложения, непродуктивный труд рабочих, проблемы со связью, отсутствие финансовых и других институтов рыночной инфраструктуры, стабильной «окружающей среды» для предпринимательской деятельности. В результате часть тех немногих западных фирм, которые решились начать свою деятельность в России, была вынуждена ее прекратить.

2. Основные элементы «шоковой терапии» и их результаты

«Шоковую терапию» Гайдара можно обозначить как «подход СЛП» к переходному периоду, поскольку тремя ее основными элементами являются стабилизация, либерализация и приватизация. Каждый из этих элементов дал результаты, сильно отличающиеся от тех, на которые рассчитывали ее инициаторы, и каждый внес значительный «вклад» в бедствия, выпавшие на долю российской экономики.

Макроэкономическая стабилизация, первая составляющая «подхода СЛП», предполагала установление предельных размеров дефицитов госбюджетов и других переменных макроэкономической политики. Это соответствовало практике макроэкономической политики на Западе, а также опыту МВФ и Всемирного банка по борьбе со структурной инфляцией в Латинской Америке, когда осуществление стабилизационной программы выдвигалось в качестве непременного условия предоставления кредитов. «Шоковая терапия», однако, не стабилизировала экономику, а привела к сочетанию спада и инфляции, по своим негативным параметрам выходящему далеко за рамки «стагфляции», как ее трактуют на Западе. Нынешняя «российская Великая депрессия» является гораздо более тяжелой, чем в США в 30-х годах. С1992 г. по 1996 г. произошел колоссальный спад промышленного производства — на 55% по сравнению со спадом в 35% во время «Великой депрессии» 1929 — 1933 гг. в США. До «шоковой терапии» российская экономика была по величине второй в мире, опережая Японию и Германию и уступая только США. Сейчас она, возможно, занимает 11-е или 12-е место, находясь примерно на одном уровне с Бразилией или Мексикой. Другим аспектом провала стабилизации явился устойчиво высокий уровень инфляции. Хотя она и не достигла параметров гиперинфляции (более 50% в месяц), рост цен длится уже так долго, что рубль фактически ничего не стоит, и происходит долларизация российской экономики. Один нынешний рубль стоит менее 1/2000 рубля 1991 г., когда «шоковая терапия» еще не началась. Эта долгосрочная инфляция уничтожила сбережения и не дала возможности подняться среднему классу, являющемуся основой любой нормальной политической и социальной системы.

Можно отметить множество последствий этого провала стабилизации и связанных с ним спада и инфляции. Одно из них — истощение инвестиций с вытекающей отсюда эрозией основного капитала и масштабным «бегством» накоплений, намного превышающим по своим объемам любую помощь, полученную Россией от международных институтов и западных правительств. Налицо также растущая безработица и огромные масштабы неполной занятости наряду с невыплатой заработной платы. Другое последствие выражено снижением реальной зарплаты и уровня жизни, ведущим к обнищанию значительной части населения. В то время как жизненный уровень падает, мало что осталось от системы социальной безопасности; услуги, обеспечение которых государство ранее либо полностью финансировало (в частности, в области здравоохранения и образования), либо в значительной степени субсидировало (включая обеспечение продовольствием и жильем), ныне обходятся населению гораздо дороже. В результате этих провалов нанесен огромный урон главным активам России — ее человеческому капиталу и природным ресурсам. Кроме того, многие другие системы, являющиеся частью современного государства, также находятся в состоянии коллапса. Это касается здравоохранения (продолжительность жизни мужчин упала с более чем 70 до 54 лет), экологии, науки и технологий. Урок, который можно извлечь из реформ по методу «шоковой терапии», состоит в том, что нельзя стабилизировать экономику, если не дать правительству соответствующих полномочий.

Либерализация цен, вторая составляющая «подхода СЛП», связывалась с допущением того, чтобы цены устанавливались на рынках, а не административными методами. Согласно теории, если цены формируются рыночным способом, они отражают условия спросаи предложения. В российской реальности дело приняло, однако, совсем иной оборот. Цены устанавливаются не столько рынками, сколько монополиями, упрочившимися в результате приватизации, мафиозными группировками, контролирующими важнейшие сектора экономики, а также коррумпированными чиновниками. Урок, который можно из этого извлечь: при либерализации цен до проведения приватизации результатом становится не эффективное производство, а прежде всего создание условий для получения выгоды теми, кто находится у власти.

Приватизация предприятий, третья часть «подхода СЛП», означала превращение предприятий, находящихся