О новых ориентирах экономической политики

Масштабы экономической трансформации России огромны и невозможно своевременно и конкретно решить все накопившиеся вопросы в этой области. Нет ничего удивительного в том, что кому-то покажется преждевременным поворот экономической политики в направлении экономического роста. Основанием для подобного мнения могут послужить неблагоприятные не только внутренние, но и внешние обстоятельства. Кризис на финансовых рынках Юго-Восточной Азии не обошел стороной российскую экономику. Центральному банку РФ пришлось на некоторое время повысить ставку рефинансирования, подорожали межбанковские кредиты, В условиях тяжелого бюджетного кризиса и сокращения валютных поступлений явно не хватает средств для обслуживания рынка государственных долговых обязательств, В трудном положении оказались крупнейшие банки страны, вынужденные направить свои ликвидные средства на стабилизацию рынка ценных бумаг и оплату долгов зарубежным банкам - членам Лондонского клуба.

Экономика по своему состоянию отброшена на начало 1997 г. Возникли сомнения по поводу выполнения основных параметров бюджета на 1998 год. Бюджетный дефицит неизбежно возрастет. А это означает дальнейшую растрату сил на решение текущих задач, в том числе и на переговоры с МВФ и Всемирным банком о предоставлении еще одного кредита для обслуживания собственных внутренних долгов. В целом логика известна и привычна: чуть-чуть занять у зарубежных банков, поддержать приближенные банки, усилить фискальный пресс на предпринимателей, сбросить большую часть ответственности на регионы и т.д.

Бремя повседневных забот неуклонно растет. Текущие экономические решения возможны и их нужно принимать, но за все надо платить. И ценой становятся затяжная депрессия в промышленности и сельском хозяйстве, падение производительности труда, примитивизация производства, рост безработицы, низкий уровень жизни большинства населения.

Что касается интеграции в мировую экономику, то следует помнить: Россия развивается в ином цикле и иными темпами, чем страны-лидеры мирового процесса. Нужно давать себе отчет в том, что необходимо вписаться в глобальные процессы, соблюдая возможности устойчивого развития. Наша страна должна отстаивать свое право на ускоренные темпы роста и использование ресурсов для него в расширенных масштабах.

Мы уже вписались в мировую экономику через специализацию на продукции топливно-энергетического комплекса. Страны с такой структурой экспорта не имеют сильного иммунитета против конъюнктурных колебаний мирового рынка. Для них всегда существует внешняя угроза нарушения внутреннего экономического равновесия.

Все наше нынешнее существование по-прежнему построено на эксплуатации и проедании естественных ресурсов. Прочное будущее на подобной основе, влекущей за собой рост финансовой и технологической зависимости, неустойчивые бюджетные доходы и многие другие негативные последствия, не построишь. Доходы от экспорта топливно-энергетических ресурсов едва покрывают нужды государства и все в меньшей степени обеспечивают потребности самих производителей. Надо иметь в виду, что модернизация в основных экспортных отраслях - дело многих лет и огромных затрат. Это накладывает серьезные ограничения на увеличение наших валютных поступлений.

Конкуренция в мировой экономике и политике переместилась в сферу борьбы за рынки высокотехнологичной продукции. Семерка развитых стран контролирует 80% данных рынков. Нефтедобывающие страны, думая о своем будущем, вкладывают средства в наукоемкие производства. Отсюда столь пристальное внимание к технологиям, образованию, качеству человеческого потенциала.

Вместе с тем есть немалые технологические заделы - в авиации, спецметаллургии, машиностроении, энергетике, станкостроении, биотехнологии и в других сферах, где мы могли бы подняться до мирового уровня и интегрировать нашу экономику в мировое хозяйство XXI в. Так появляется возможность вписаться в транснациональные и глобальные процессы. Вместе с тем опоздание на 7-10 лет грозит окончательной потерей потенциальных преимуществ.

Это последнее замечание справедливо и в отношении самого научно-технического потенциала. Мы не без основания всегда гордились своей наукой и считали, что ее преимущества можно было разумно задействовать в ходе реформ. Однако научно-технический потенциал стремительно сокращается. Численность занятых в науке уменьшилась вдвое. Количественное сокращение не компенсируется качеством потенциала. Его свертывание идет за счет перспективных направлений и перспективных научных сотрудников. Наука "стареет". Средний возраст научного работника сейчас 55 лет, а докторов наук - 57-58 лет, он вплотную приблизился к средней продолжительности жизни мужского населения. Доля выпускников, принимаемых на научную работу, не превышает 8%.

Крайне низок престиж научной работы. Это естественно при средней зарплате 800 руб. Растет "утечка" специалистов за рубеж. По очень оптимистичной официальной оценке, уехало 20 тыс. человек. Это -прямые потери для национальной экономики.

В последние годы ослаблена защита интеллектуальной собственности, практически разрушена система патентования за рубежом, свернута патентно-лизензионная торговля. В советские времена до 21-25% валютной выручки мы получали от экспорта научно-технической и наукоемкой продукции. Следует принять срочные меры государственной поддержки патентования наших изобретений за рубежом.

Глубинные причины нестабильности не устранены. Велика вероят