Манифест 1905 года

План

1.Анализ документа «Об усовершенствовании государственного порядка»

2. Взгляды историков на монголо-татарское нашествие

и его последствия для России

Литература

Приложение

1. Документ: «Об усовершенствовании государственного порядка». Высочайший манифест от 17 октября 1905 года. Проанализировать документ и показать, в чем выразилось усовершенствование государственного порядка и как отнеслись к Манифесту представители различных политических сил России.

Короткий документ (сам манифест, без вступления, занимал примерно половину страницы) составленный в разгар революции 1905 года, когда император с семьей был фактически вынужден скрываться в Петергофе, а министры могли добираться к нему исключительно водным путем, начинался словами: «Смуты и волнения в столицах и во многих местностях империи Нашей великой и тяжкой скорбью преисполняют сердце Наше».

Основной смысл манифеста заключался в двух фразах: «Даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов», и: «Установить как незыблемое правило, чтобы никакой закон не мог воспринять силу без одобрения Государственной думы».

Таким образом, историческое значение Манифеста заключалось в распределении единоличного права Российского Императора законодательствовать, между, собственно, монархом и законодательным (представительным) органом – Государственной Думой.

Европейские справочники тех лет определяли политический строй России как «конституционную монархию при самодержавном государе».

Прямые и равные выборы и «ответственное министерство» оставались главными требованиями оппозиции до 1917 года.

Обнародование манифеста не принесло стабилизации, а наоборот, сопровождалось новой вспышкой антиправительственных беспорядков с одной стороны, и черносотенных погромов – с другой. Примерно через два месяца революция пошла на спад, но волнения продолжались еще долго. Есть разные мнения насчет того, что больше способствовало их прекращению: либеральные реформы Витте или жесткие меры Столыпина.

«В течение всей зимы 1908–1909 годов в Петербурге не выходило ни одной нелегальной газеты, не работала ни одна революционная организация. Так же обстояло дело почти повсюду в России», – писал жандармский генерал Герасимов.

«Новый революционный подъем» 1910–1911 годов, о котором говорилось в советских учебниках истории, по мнению большинства современных исследователей, также существовал лишь в воображении их авторов. Недовольных во всех слоях общества хватало, но режим, возникший на основе манифеста 17 октября, мог существовать еще долго, если бы не Первая мировая война и «распутинщина».

Менее чем за год до того, как издать манифест, в декабре 2004 года, Николай II твердо заявлял: «Я никогда, ни в каком случае не соглашусь на представительный образ правления, ибо я его считаю вредным для вверенного мне Богом народа». И о самом подписании он сообщил матери не как о желанном событии: «Я перекрестился и дал им все, чего они хотели».

Подлинным автором манифеста – и в текстовом, и в политическом смысле – был Витте. В начале октября он подал монарху «всеподданнейший доклад», в котором впервые прозвучала ставшая впоследствии знаменитой фраза: «Так жить нельзя!».

Его дальнейшая судьба сложилась незавидно. По словам министра иностранных дел Александра Извольского, «граф Витте оказался объектом жестоких нападок крайне правых и левых и встретил полное равнодушие со стороны умеренных либералов».

Меньше чем через год Николай II избавился от него. При дворе были убеждены, что Витте ведет дело к тому, чтобы дать России полноценную конституцию и возглавить первое правительство парламентского большинства. Сам экс-премьер это всегда отрицал.

Оценки манифеста 17 октября и созданной им ограниченной демократии всегда были полярными.

Одна из крупнейших политических партий страны назвала себя «октябристами», тем самым объявив манифест воплощением всех своих чаяний.

Другая часть общества выразила свое отношение эпиграммой: «Царь испугался, издал манифест: мертвым свободу, живых – под арест!».

«Слава царю, который благо народа поставил выше охранения прерогатив своей власти! Слава русскому народу, который пожелал любить своего царя не за страх, а за совесть!» – провозгласил известный предприниматель и будущий октябрист Сергей Четвериков после молебна в здании Московской биржи на следующий день после опубликования манифеста.

В тот же день Лев Троцкий заявил на митинге в Петербурге: «Царский манифест – всего лишь клочок бумаги. Его нам сегодня дали, а завтра порвут в клочки, как это сделаю я сейчас!» – и демонстративно разорвал документ.

Вдохновитель реформы, премьер-министр Сергей Витте, охарактеризовал свое детище сдержанно: «Манифест 17 октября предотвратил немедленную катастрофу, но не явился радикальным лекарством».

Не только либеральной оппозиции, но и многим высшим сановникам империи казалось, что «теперь начнется новая жизнь». Так, в частности, говорил всесильный в то время фаворит Николая II петербургский генерал-губернатор Трепов, а видный деятель политического сыска Рачковский вообще считал, что «завтра на улицах Петербурга будут христосоваться». Но вышло все с точностью наоборот. Манифест от 17 октября не только не остановил революцию, но дал ей новый импульс. Радикалы из

Внимание, отключите Adblock

Вы посетили наш сайт со включенным блокировщиком рекламы!
Ссылка для скачивания станет доступной сразу после отключения Adblock!

Скачать