Мастер и Маргарита - нечистые силы или негрязные

Dimitri Beznosko

RUS 423

5/5/2001

“Нечистые силы” – или “негрязные”?

Время начала работы над "Мастером и Маргаритой" Булгаков в разных рукописях датировал то 1928, то 1929 г. В первой редакции роман имел варианты названий "Черный маг", "Копыто инженера", "Жонглер с копытом", "Сын В.", "Гастроль". Известно, что первая редакция "Мастера и Маргариты" была уничтожена автором 18 марта 1930 г. после получения известия о запрете пьесы "Кабала святош". Об этом Булгаков сообщил в письме правительству: "И лично я, своими руками, бросил в печку черновик романа о дьяволе..."

Роман “Мастер и Маргарита” объединяет в себе “три независимых сюжета в рамках единой фабулы. Нетрудно видеть, что все они обладают всеми составляющими понятия "сюжет". Поскольку всякий сюжет может рассматриваться как завершенное высказывание, то при наличии внешней по отношению к ним этической составляющей (композиции) такие высказывания как знаки должны неизбежно вступать в диалектическое взаимодействие, образуя результирующую эстетическую форму - метасюжет, в котором и проявляется интенция титульного автора” (1). Но все три основных сюжета (а также множество мелких) связаны подчас самыми невероятными хитросплетениями, которые так или иначе приводят нас к Воланду и его свите.

За шестьдесят лет, что прошли с момента написания Булгаковым своего знаменитого романа «Мастер и Маргарита», взгляды людей на то, что в простонародье называется «нечистой силой», резко изменились. Все больше и больше людей стало верить в существование злых и добрых волшебников, магов и ведьм, колдунов и оборотней. В процессе этого возвращения к народной мифологии коренным образом было изменено само восприятие «Добра» и «Зла», ассоциированное с понятиями света и тьмы. По утверждению С. Лукьяненко, «различие Добра и Зла лежит в отношении к ... людям. Если ты выбираешь Свет - ты не будешь применять свои способности для личной выгоды. Если ты выбрал Тьму - это станет для тебя нормальным. Но даже черный маг способен исцелять больных и находить пропавших без вести. А белый маг может отказывать людям в помощи» ((2), гл. 5).

В определенном смысле, Булгаков предвосхищает изменение понятий света и тьмы. В романе автор вводит Воланда, как положительный, или, по крайней мере, как неотрицательный персонаж. Ведь недаром эпиграфом к «Мастеру и Маргарите» служит цитата из Гёте «- Я - часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо» (Гете, "Фауст").

«В качестве жертв играющего ключевую роль Повествователя [романа], ехидно заманившего их в ловушку и спровоцировавшего на восторги по поводу грубой соцреалистической поделки их собственной работы, в метасюжет на правах персонажей вовлекаются реально существующие комментаторы романа - (пост)советская окололитературная бюрократия. В нем в реальной современной жизни осуществится акт коровьевского глумления по описанным в романе схемам:
- дамы, польстившиеся на бесплатные модные наряды, при выходе из Варьете оказались в нижнем белье;
- Коровьев спровоцировал Бездомного вместе закричать "Караул!", а сам промолчал;
- он же втянул служащих совконторы в дружное хоровое пение, которое довело их до психушки. Аналогично, Повествователь только обозначил для критиков пустую оболочку романа в духе соцреализма, те дружно домыслили все необходимые для этого жанра элементы, а сам он все это тщательно опроверг. В этом аспекте метасюжета, развитие которого отодвинуто в будущее (в наше настоящее), сатирически показана свита, играющая голого короля (соцреализм), и на этот сюжет работает все содержание романа ("якобы деньги" - "якобы роман"); в этом смысле "Мастер и Маргарита" - одна из "коровьевских штучек" самого Булгакова, подлинного мастера мистификации» (3).

И опять мы видим связь с Воландом и его свитой. С самого момента появления Сатаны на Патриарших прудах события начинают разворачиваться с нарастающей скоростью. Однако следует заметить, что влияние Воланда и его свиты подчас или минимальное, или направляющее, но почти никогда не открыто злое. Возможно, что Булгаков старается показать привычные нам “нечистые силы” в роли, которую можно назвать “негрязные”.

В первой своей встрече с Берлиозом и Бездомным на Патриарших прудах, Воланд выступает лишь в роли рассказчика, или, как выразился сам Булгаков, историка. И правда – история на Патриарших происходит. Но виноват ли в ней Сатана или кто-либо из его свиты? Воланд предсказывает Берлиозу, что тому отрежут голову; Коровьев указывает последнему, где находится турникет. Но ни один из них не виновен в том, что Михаил Александрович делает тот последний шаг, когда решает вернуться за вертушку, хотя, как подчеркивает Булгаков, он и так стоял в безопасности. Так что если и есть вина Воланда в смерти Берлиоза, так это в самом факте его появления на Патриарших прудах и в беседе с литераторами. Но сие не является чем-то из ряда вот выходящим, далеко не преступным, а, скорее, “негрязным” поступком. Равным образом не являются виной Воланда и поступки, совершенные Иваном Николаевичем в тщетной попытке последнего догнать Сатану и его свиту, а также водворение поэта в психиатрическую лечебницу после драки в “Грибоедове”.

Подделка контракта с Варьете подпадает под как раз “нечистую” категорию. Но читатель не может не заметить, что Воланд в