Обломов и обломовщина по роману И.А. Гончарова Обломов

Обломов и обломовщина (по роману И.А. Гончарова "Обломов")

Автор: Гончаров И.А.

Роман И. А. Гончарова “Обломов” — один из популярнейших произведений классики. С тех пор как критик Писарев заявил по выходе романа, что он, “по всей вероятности, составит эпоху в истории русской литературы”, и пророчил нарицательный смысл введенным в нем типам, не найдется ни одного грамотного русского, не знающего хотя бы приблизительно, что такое обломовщина. Роману повезло: через месяц после появления он нашел не просто толкового рецензента, но и серьезного интерпретатора в лице Добролюбова; причем сам автор, далекий от воззрений и тем более практики революционной демократии, к тому же человек крайне ревнивый и мнительный, всецело согласился со статьей Добролюбова “Что такое обломовщина?”.

“Впечатление, которое этот роман своим появлением произвел в России, не поддается описанию,— вспоминал сорок лет спустя князь П. Кропоткин.— Вся образованная Россия читала “Обломова” и обсуждала обломовщину.

Исследование обломовщины во всех ее проявлениях сделало роман Гончарова бессмертным. Главный герой — Илья Ильич Обломов, потомственный дворянин, умный, интеллигентный молодой человек, получивший хорошее образование и мечтавший в юности о бескорыстном служении России. Гончаров дает следующее описание его внешности: “Это был человек среднего роста, приятной наружности, с темно-серыми глазами, но с отсутствием всякой определенной идеи”. По характеру Илья Ильич честен, добр и кроток. Его друг детства, Андрей Штольц, говорит о нем: “Это хрустальная, прозрачная душа”. Но всем этим положительным чертам характера противопоставлены такие качества, как безволие и лень.

Чтобы понять причины возникновения такого явления, как обломовщина, нужно вспомнить “Сон Обломова”. В нем Илья Ильич видит своих родителей, свою родовую усадьбу и весь ее быт. Это был быт, который не менялся десятилетиями; все, казалось, замерло, заснуло в этой усадьбе; жизнь шла неторопливо, размеренно, лениво и сонно. Ничто не нарушало быта Обломов-ки. При описании жизни помещичьей усадьбы Гончаров часто употребляет слова “тишина”, “застой”, “покой”, “сон”, “молчание”. Они очень точно передают саму атмосферу дома, где жизнь протекала без изменений и волнений от завтрака до обеда, от послеобеденного сна до вечернего чая, от ужина — снова до утра, где самым запоминающимся событием было то, как Лука Савельич неудачно съехал зимой с горки на салазках и расшиб себе лоб. Можно сказать, что быт обломовцев определялся одним словом — “застой”, это было типичное существование русской провинциальной помещичьей усадьбы, и Гончаров не выдумал ее: он сам вырос в такой семье.

И маленького Илюшу Обломова воспитала сама атмосфера этого дома, сам быт Обломовки. Как очень точно определил Н. А. Добролюбов в статье “Что такое обломовщина?”, Илья Ильич воспитывался не просто как дворянин, а именно как русский барин, которому “не нужно каждодневно суетиться, не нужно трудиться во имя “хлеба насущного”. Илью Обломова нужно рассматривать как своеобразный результат воспитания многих поколений Обломовых, как продукт “окаменелого царства” самой русской жизни. Это воспитание и этот образ жизни убивали все живое, все непосредственное, приучая человека к сонному ничегонеделанию; причем они одинаково воздействовали и на барина, и на дворового. Очень важен в этом смысле образ слуги Обломова — Захара. Илья Ильич говорит, обращаясь к нему: “Да ты, брат, еще больший Обломов, чем я сам!” Это очень точное замечание; Захар — это как бы “Обломов в квадрате”: все худшие качества Обломова доведены у Захара до карикатурных размеров.

Жизнь Обломова лишена стремлений к каким-либо переменам, напротив, более всего он ценит уединение и покой. Обломов постепенно порывает связь сначала со службой, а затем и со всем внешним миром, с обществом. Халат, туфли и диван,— вот что способствует погружению молодого человека в полную апатию. То, что этот человек нравственно погибает, Гончаров дает нам понять, описывая быт Обломова: “По стеклам лепилась паутина, напитанная пылью; зеркала... могли служить скрижалями для записывания на них по пыли заметок на память”; “Лежание у Ильи Ильича было его нормальным состоянием”.

Добролюбов, а вслед за ним и другие критики изумлялись мастерству писателя, который построил роман так, что в нем вроде бы ничего не происходит, и вообще нет внешнего движения, точнее, привычно “романической” динамики, а неослабный интерес сохраняется. Дело в том, что под наружной бездеятельностью героя, под неторопливыми и обстоятельными описаниями таится напряженное внутреннее действие. Его ведущей пружиной оказывается упорная борьба Обломова с наплывающей со всех сторон жизнью, его окружающей,— борьба внешне малоприметная, иногда почти невидимая, но оттого ничуть не менее ожесточенная.

Напротив, ожесточенность лишь возрастает вследствие того, что суетная, в отдельных своих проявлениях, жизнь движется неторопливо и неуклонно, подминая все ей враждебное, неприязненное: прогресс сокрушает обломовщину, которую представляет в романе всяческая косность.

Кроткий Илья Ильич отчаянно и до конца отбивается от вторжения жизни, от ее больших требований, от труда и от мелких уколов “злобы дневи”. Будучи не прав в своем сопротивлении гражданскому долгу, он иногда оказывается выше и правее суетных притязаний тогдашнего бытия. И, не сбрасывая халата, не сходя со знаменитого обломовского дивана, он подчас на