Меры реабилитации агроценозов при радиационном воздействии

Введение

В 2006 году 26 апреля мир отметил печальную дату: ровно 20 лет назад для миллионов людей на планете вступил в свою страшную кульминацию атомный век. Этот один день вызвал переориентацию во взглядах человечества на мирную эксплуатацию атома. Начались многочисленные публикации в прессе об авариях на реакторах, о прошлых наземных ядерных испытаниях. Ядерные и, прежде всего, военные источники энергии, особенно в период наземных ядерных испытаний, ядерно-энергетических аварий (общее число которых более 150) [], несмотря на меньшую степень опасности вредного воздействия на население по сравнению с химическими факторами загрязнения среды и малую вероятность деформации атмосферы, гидросферы, почв, климата, растительного и животного мира, вызывают серьезную тревогу экологов. Даже при незначительных, по принятым критериям и накопленному опыту оценок (Хиросима – Нагасаки, Три–Майл-Айленд), размах радиоактивных загрязнений, спектры и энергия излучений от источников ядерного происхождения, характер их метаболизма в почвах, растительности, организмах значительно отличается от метаболизма естественных излучателей этого рода (40 K, 238 U). Такая биологическая и экосистемная новизна факторов выявляет при длительных хронических воздействиях на экосистемы и ее составляющие, в т.ч. обширные группы населения, ряд ранее неизвестных эффектов. Новизна таких открытий ведет порой к паническим заключениям, резко усиленным «чернобыльским синдромом» страха радиационных аварий. Размеры вреда, наносимого радиационным фактором ядерно-энергетического происхождения, превосходят, по мнению авторов, последствия всей суммы техногенных дорадиационных воздействий среды [].

Сама радиоактивность не является новейшим (чужеродным) компонентом среды. Современная мощность ее антропогенных воздействий изменяется в пределах не только геологического прошлого (первичных космических и земных излучений), но и современных естественных колебаний радиоактивности, связанных со структурами плит земной коры, высотой над уровнем моря, близостью к полюсам, периодами солнечной и геологической активности. Включение новейших по своим химическим свойствам и спектру излучений радионуклидов в состав среды меняет сформировавшиеся соотношения (баланс) поглощаемой радиации и ее спектров во всех звеньях экосистем, – от молекулярных до геопланетарных. Радионуклиды, продолжающие (по В.И. Вернадскому) «космические функции инициации жизни», избирательно накапливаются в активных звеньях экосистем в нехарактерных для устоявшихся на протяжении миллионов лет количествах. Такое перераспределение спектра и эффектов радиационных воздействий при резких различиях радиочувствительности взаимозависимых звеньев экосистем (сапрофитной микрофлоры – простейших – растительности – млекопитающих) может, привести к резким нарушениям экосистемного гомеостаза при отсутствии прямой связи с радиоактивностью среды. Вероятность таких реакций, разработка мер их профилактики и коррекции требуют знаний характера поведения радионуклидов ядерно-энергетического происхождения в среде и в частности в почве.

В 2006 году 26 апреля мир отметил печальную дату: ровно 20 лет назад для миллионов людей на планете вступил в свою страшную кульминацию атомный век. Этот один день вызвал переориентацию во взглядах человечества на мирную эксплуатацию атома. Начались многочисленные публикации в прессе об авариях на реакторах, о прошлых наземных ядерных испытаниях. Порождались, соответственно, многочисленные слухи и нелепые предрассудки, усиленные не до конца изученными факторами радиационного воздействия на экосистемы. Народ приходил порой к паническим заключениям, которые вылились во многом в «чернобыльский синдром».

Действительно, авария на ЧАЭС привела к выбросу в биосферу до 15 т радиоактивных веществ, что равно или даже превышает выброс за все годы испытаний атомного оружия в атмосфере. В целом, все ядерно-энергетические взрывы изменили равновесное содержание в атмосфере углерода-14 на 2,6%, трития почти в 100 раз. К концу испытаний ядерного оружия в атмосфере радиоактивное загрязнение на поверхности Земли на 2% превысило естественный фон [].

Тем не менее, на территориях естественных аномальных радиационных воздействий, превышающих внешние лучевые нагрузки фона в 5–10 раз, проживают на протяжении тысячелетий несколько десятков миллионов человек. На территориях резко повышенных внутренних и смешанных естественных лучевых воздействий от излучений почв, минералов, радионуклидов, проникающих в организм, – примерно столько же. Однако в большинстве случаев такие районы не только обжиты, но и считаются более здоровыми по сравнению с другими. Правда, как правило, это территории горно-складчатых периферических областей, высокогорий, где уменьшено влияние техногенного фактора. (Карпаты, Северные широты, Гималаи, Заполярье, Альпийский пояс и проч.)

Очевидно, что реакции на новейшие антропогенные воздействия радиации отличаются от реакций на аномальные естественные. Такие различия требуют расшифровки. Ф. Содди (1979), один из теоретиков ядерных реакций, писал о возможных биокаталитических влияний новых видов излучений, оказавшихся в распоряжении человечества: «…на высоких плато встречается большее разнообразие растительности, чем на уровне моря. После атомного взрыва в Хиросиме цветущая растительность заполнила все выжженное пространство». Такая же картина наблюдается и на территориях, подвергшихся воздействию аварии на ЧАЭС.