Мифологема додекады

А.Исаев

МИФОЛОГЕМА ДОДЕКАДЫ

Двенадцать является сакральным числом во многих культурах, в том числе и не связанных между собой ни географически, ни генетически. В Элладе это прежде всего - двенадцать олимпийских богов и двенадцать подвигов Геракла. В гомеровских поэмах мы встречаем 12 титанов, 12 убитых Диомедом фракийцев, 12 пленников, принесенных Ахиллом в жертву; 12 женихов Пенелопы, 12 неверных служанок в доме Одиссея, 12 феакийских царей, 12 коней Агамемнона,12 жеребят Борея, 12 жертвенных телят Гектора, 12 быков в качестве приза для победителя на играх в честь Патрокла, 12 ног у Сциллы.

В других традициях - это двенадцать врат древнеегипетского ада, знаков Зодиака, богов скандинавского Асгарда, рыцарей «Круглого стола», учеников персидского Митры. В Древнем Риме - законы двенадцати таблиц, двенадцать дней и ночей празднования Сатурналий. В исламе двенадцать имамов, потомков Али, управляют двенадцатью часами дня. Число "двенадцать" во всей Восточной Азии ассоциируется со священным китайским 12-летним календарным циклом. Здесь можно назвать монгольский обряд «жилийн оролго», совершаемый человеком раз в 12 лет, в годовщину его циклического знака; деление пространства юрты на 12 сегментов, каждый из которых "привязан" к одному из животных цикла.

Велика роль числа 12 в иудео-христианской традиции: это двунадесятые праздники Православия, двенадцать апостолов, двенадцать «колен Израилевых». В горнем Иерусалиме двенадцать ворот с двенадцатью Ангелами на них; двенадцать оснований с именами апостолов; двенадцать жемчужин и драгоценных камней. Измерение города в двенадцать тысяч стадий состоит из тысячи, умноженной на двенадцать. Древо жизни имеет двенадцать сортов фруктов и дает плод двенадцать раз в год. И, наконец, сто сорок четыре тысячи искупленных — двенадцать тысяч, умноженные на двенадцать.

Обыденная жизнь человечества немыслима без двенадцати месяцев года и двенадцати делений циферблата.

Такая всепланетная распространенность говорит о некой «изначальности» додекады. Поскольку все многообразие мира – это производные и различные сочетания Пространства и Времени, каковые, по большому счету одни только и существуют, попробуем найти проявления этого числа в них. Современная наука далека от знания этих феноменов, поэтому обратимся к наиболее полной копилке человеческого знания - мифологии и религии.

В изначальном водяном хаосе индоариев плавало золотое яйцо Хираньягарбха. Из него появился демиург Праджапати (в некоторых мифах - Брахман), силой мысли разделивший яйцо на две половинки: из верхней возникло небо, из нижней - земля. И сам Брахман разделяется на две ипостаси – мужскую и женскую. Иногда первичная космогоническая функция приписывается Индре или Дьявартхиви. По древнейшим верованиям иранцев, боги сотворили вселенную в форме яйцеобразной скорлупы. Орфики также полагали мир рожденным из золотого яйца. Известный хеттам образ Солнца, поднимающегося из моря, возможно, является переработкой сюжета о золотом зародыше, появившемся из предвечной хаотической стихии. Из дошедших до нас фрагментов хеттской космологической традиции известно, что Бог грозы каменным ножом отделил Небо от Земли.

Итак, изначально в мире существует только аморфный, а потому статичный Хаос, символом которого чаще выступает вода. «В тех религиозных ансамблях, где присутствуют Воды, они неизменно сохраняют свою функцию, растворяя, уничтожая формы, смывая грехи, очищая и возрождая. Их удел – предшествовать Творению, подготавливая и восполняя его, поскольку сами они не в состоянии превозмочь собственную модальность, то есть проявиться в виде форм. Воды не могут преодолеть условий виртуального, зародышевого, латентного. Все, что является нормой, проявляется над уровнем Вод, отделяясь от них. И напротив, оторвавшись от Вод, перестав быть виртуальной, любая форма подпадает под законы Времени и Жизни; она обретает границы, участвует во вселенском становлении, испытывает гнет истории, дряхлеет и в конце концов исчерпывает свою суть…» - писал Мирча Элиаде.(1) Затем в Хаосе появляется пока не мир, но его зародыш, дальнейшее саморазвитие и структуризация которого приводит к появлению Космоса. Критическим моментом этого процесса становится перерастание единичности зародыша в двойственность, проявляющуюся прежде всего в отделении Неба от Земли, что символизирует разделение верха и низа, дня и ночи, мужского и женского начал и т.д. – то есть в привнесении в мир первой пары противоположностей, взаимодействие которых становится парадигмой дальнейшего расширения и диверсификации космоса. Их взаимодействие приводит к тому, что мир троится: во времени возникают прошлое, настоящее, будущее; пространство организуется по вертикали: мир небесный, земной и подземный; и по горизонтали: правое-центр-левое. Это динамичный, обустраивающийся мир, мир в движении. Сама троичная организация времени и пространства требовала троичной же иерофании, чаще воплощенной в трех богах - братьях.

Один из них становится верховным небесным богом – громовержцем. Так, победившие Крона братья Зевс, Посейдон и Аид разделили между собой небо, море и подземный мир, оставив землю в совместном ведении. В ирландском эпосе действуют «три бога Дану», сыновья этой богини: Бриан, Иухар и Иухарба, иногда – Гоибниу, Лухте и Кредне или Луг, Дагда, Огма. В хеттской мифологии трое братьев - Бог Грозы, Тасмису-Гора и Аранцах-Река вышли из черепа Кумарби, проломленного камнем. Ск