Испытание веры

священник Георгий Завершинский

Путь осознанной веры

Возникновение порой неожиданного и недоуменного вопроса «что делать, если душа остыла в вере?» означает, что когда-то в душе все же «горел» или хотя бы «теплился» огонек веры. Когда-то казалось, что так будет всегда, что вера – это нечто неотъемлемое и будет сопровождать меня всю жизнь. Благодаря этому на душе было спокойно, и уверенность в главном не оставляла, ведь во мне была вера в Бога. Она приносила радость как драгоценная жемчужина, ради приобретения которой можно отдать все нажитое состояние. Она согревала душу своим теплом и сообщала смысл всему происходящему со мной в жизни. Она как путеводная звезда освещала путь, указывая его направление и предостерегая от попадания в яму. Вера помогала строить отношения с другими людьми, избегая конфликтов и обид, потому что делала предмет всякого спора малозначимым в сравнении с собой, а выяснение отношений никогда не выливалось в продолжительную ссору. Вера давала правильный ориентир в моем отношении к «осужденному» божественной любовью неверующему миру и никогда не позволяла судить этот мир каким-то иным образом, кроме того, как это делал Христос со словами: «Отче! прости им, ибо не знают, что делают» (Лк 23:34). Вера укрепляла, вдохновляла, поддерживала, исцеляла, умудряла. Вера помогала мне жить.

Но вот, что-то восстало во мне, какой-то невидимый барьер начал расти и затмевать мою веру. Ее свет, подобно неверному свету от тлеющего огонька лампады, в которой кончается масло, уже не освещает предметы вокруг меня, и они лишь отбрасывают странные и тревожные тени. Каждый день тает уверенность в своих силах. Все ближе подкрадывается сомнение и встает вопрос: а была ли она во мне когда-то, эта вера? Да и что это значит – верить? Все вокруг живут без этого, и ничего страшного с ними не происходит. Более того, они теперь кажутся мне спокойными, беззаботными, не отягощенными ничем искусственным, но живущими своей естественной жизнью. Они не претендуют на что-то заоблачно высокое и потому представляющееся им сомнительным, а следуют тем простым истинам, которые понятны без особых усилий над собой. Эти люди становятся мне ближе, понятнее, роднее, и хочется вновь окунуться в прежнюю жизнь, когда вера еще не коснулась меня и не вывела из той среды, где, сейчас кажется, было не так уж плохо. Одно теперь страшно, – не слишком ли поздно возвращаться назад. Опять сомнение...

Одно за другим, с разных сторон сомнения начинают одолевать меня, так как «щит веры» рассыпается и, кажется, ни в чем уже нет опоры, а потому нужно сдаваться. Что же происходит? Почему вера оставила меня, ведь раньше все казалось таким ясным и светлым? Неужели это было иллюзией, а моя вера была надумана и служила просто для того, чтобы как-то выделить себя в этом мире, обозначить свою особенность, непохожесть на других и, тем самым, как-то возвеличить себя над ними? Неужели этот мир победил и просто берет свое, восстанавливая «статус кво» и показывая мне, что, мол, нечего тебе было тягаться со мной, все равно окажешься там, где тебе суждено. Жизнь тускнеет, смысл вещей уходит, краски смываются, свет меркнет. Вера «остывает»...

Но все же что-то произошло за то время, пока меня не было в том, живущем без веры, мире, пока я делал усилие над собой и, ведомый верой, взбирался по ступенькам иной жизни, освещенной особым светом. Что-то «зацепило» меня там и не дает до конца остыть в вере. Не оставляет ощущение связи с реальностью веры и подлинности этой жизни. Возникает пока еще неосознанное желание как-то сопротивляться тому охлаждению веры, которое претендует стать неизбежным фактом моего бытия. Как сознание восставшего от сна человека начинает впускать реальность в свой внутренний мир, только что находившийся в дреме, так возвращается реальность веры в душу человека, который начал было терять ее. Оглядываясь вокруг, мы опять видим мир проясненным оком и незамутненным сознанием. Как вспышка света наш разум озаряет проблеск мысли о Боге, Который никогда не оставит нас, даже если мы отречемся от Него. Совесть просыпается, и оттого человеку становится стыдно за свое малодушие и слабоволие. Хочется все исправить и снова погрузиться в то бытие, которое отталкивается от веры и сопровождается ею.

Иногда человеку кажется, что вера – это нечто такое, что он поддерживает в себе собственными силами, и, стоит ослабить усилие над собой, как вера тут же растает. Это так и не так. Конечно, без усилия душа легко «впадает в спячку» и не пробудится до тех пор, пока кто-то ее не разбудит. Но не будем забывать, что когда-то, в самом начале, веры пришла к нам без всяких усилий с нашей стороны, «беструдно». Да мы тогда и не могли знать, что именно нужно делать, чтобы поверить, кроме, может быть, общих правил и обычаев, установленных Церковью. Но эти правила и «обряды» тогда оставались скорее чем-то внешним, поначалу не трогавшим самое сокровенное, что есть в душе человека. Что же есть это самое сокровенное?

«Дух дышит, где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит» (Ин 3:8). Этими словами можно охарактеризовать рождение нашей веры, которая есть плод действия Святого Духа. Здесь как-то особым образом, незаметно, исподволь, но все-таки ощутимо является образ Духа как Личности. Это должно быть хорошо понятно нам, поскольку Он «дышит, где хочет». Подобно человеческому желанию что-то сказать, куда-то пойти и что-то сделать, Дух сообщает дыхание жизни там, где Он «хочет». Н