Становление трансперсональной психологии

Владимир Майков

Существует личностная преемственность и кровная связь между гуманистическим и трансперсональным направлениями в психологии. Основателями обоих направлений были одни и те же люди - А.Мэслоу, Э.Сутич, А.Уотс, М.Мерфи, Д.Будженталь, Р.Лэйнг, В.Франкл, Ф.Перлз. Где-то с середины 60-х гг. они стали относиться к гуманистической психологии как к ориентации, которую необходимо расширить и дополнить. Например, Мэслоу, обосновавший представление об неутилитарных «ценностях Бытия», «пиковых переживаниях», «самоактуализации», ставшие фундаментом и ядром программы гуманистической психологии, ввел позднее идею метапотребностей, сверхличностных ценностей - открытого духовного горизонта человека, к которому он всегда устремлен, и только в этом страстном устремлении и реализует свое предназначение. Хорошо известна аналогичная будоражущая мысль Ницше. Пророк Заратустра как заколдованный непрестанно повторяет: «Человек есть нечто, что должно превозмочь».

И в этом превозмогании, выходе за пределы, размыкании исторических, культурных, индивидуальных границ и получает смысл само понятие человека и обосновывается и гуманистическая психология, и, более широко, вся антропологическая проблематика. Не случайно, что трансперсональная ориентация была заявлена, сформулирована, поддержана и институционально оформлена и как Ассоциация (в 1968 г.) и как журнал (первый номер вышел в 1969 г.), философски и духовно опытными людьми - Мэслоу, Сутичем, Уотсом, Мерфи, вместе с которыми активно зачинали новое направление С.Гроф, Ч.Тарт, С.Криппнер и другие. Основатели трансперсональной психологии устремлялись не только вперед и ввысь, в бескрайние пространства духа. Они основательно углублялись в историю религии, психологии, этнологии и культуры и среди своих предтечей указывали, например, американца У.Джеймса, первого среди психологов составившего научную энциклопедию «многообразия религиозного опыта», швейцарца К.Г.Юнга, обогатившего психологию мифологическими, общекультурными, религиозными и мистическими измерениями, итальянца Р.Ассаджиоли, бывшего психоаналитика, который в созданном им психосинтезе опирался на теософские, антропософские и буддистские учения, преодолевая с их помощью европейские культурно-антропологические ограничения.

Трансперсональная ориентация отличалась от гуманистической акцентом на метапотребностях и метаценностях, тягой к преодолению границ прежнего предметного поля исследований, задаваемого проблемами самоактуализации, творчества и гуманистической психотерапии и педагогики. Она сделала предметом науки психологические измерения религиозного и мистического опыта, поставила задачу обоснования психологии на материале духовного поиска мировых философских и религиозных традиций. Новое предметное поле, уже не замыкаемое западнохристианской культурой, вобрало в себя мистические и восточные подходы, такие как суфизм, буддизм, адвайта-веданта, йога, традиции североамериканских индейцев, туземных и древних цивилизаций. В качестве программной задачи трансперсональная ориентация попыталась освоить суть и конкретные формы идей, представлений и практик из мирового духовного опыта человечества и дать им научное выражение.

Но ведь нельзя сказать, что весь этот материал был совершенно новой землей для психологов - существовали исследования К.Г.Юнга, М.Элиаде, Дж. Кэмбпелла и других известных ученых - востоковедов, теологов, культурологов, историков религии. Почему все-таки где-то на пороге 60-х - 70-х гг. произошло радикальное обострение чувствительности к трансперсональным темам, что в мире воззвало к жизни новое мощное психологическое движение?

Даже сейчас нам трудно назвать и как-то интегрально определить этот процесс, и мы можем пытаться восстанавливать его по отдельным явлениям. Мы знаем, что 1968 год - это пик контркультуры. Только что прошли волны битничества, хиппи, психоделической революции, музыки Битлз, войны во Вьетнаме, которые прорвали национальные границы, познакомили молодежь Запада с новой, глобальной реальностью, проявленной вихрем информационной революции, и показали хрупкость и взаимосвязь многообразных форм разумной жизни во всех уголках планеты. Где-то после второй мировой войны возникло то, что Г.Гессе провидчески назвал «паломничеством в страну Востока». В среде студенческой молодежи и у искателей любого возраста возрастает устойчивый интерес к восточным философским учениям, в частности к учению дзен-буддизма, стимулированный в немалой степени американскими поэтами А.Гинзбергом и Дж.Керуаком, культурологом А.Уотсом и японским исследователем Д.Судзуки. По Америке прокатилась очередная коммунитарная волна, на гребне которой создаются духовные коммуны, происходят масштабные эксперименты с новыми стилями жизни и поиски новой общности людей, пытающихся прорваться через ограничивающие стереотипы, вскормленные традиционным семейным укладом и здравым смыслом. Через эту масштабную практику преодоления оков и табу прежней патриархальной цивилизации, практику, которая вовлекла в себя десятки миллионов людей, и происходило конкретное, через ткань повседневной жизни, посвящение в сознание как в то, что «между» людьми, как в совместное бытие в новом ценностном горизонте, трансцендирующем эгоизм, индивидуализм и европоцентризм.

Думается, что оформление трансперсональной ориентации и состоялось в недрах и на основе этой практики, которая получила название контркультуры и Нового века. Контркультура, как мы знаем, была бунтом молодых против отцов, которы