Социальные сети российских имигрантов и коренных жителей

Валитов В.Н.

Введение

Массовая иммиграция в Россию, обусловленная ростом националистических движений на периферии бывшего СССР, изменяет социальный состав принимающей стороны и порождает проблемы адаптации иммигрантов. Включение их в новую городскую среду предполагает приобщение к соответствующему жизненному укладу, языку, традициям. В данной статье рассматриваются способы построения социальных сетей и их влияние на формы экономической активности иммигрантов и коренных жителей1.

В исследованиях иммиграционных процессов и экономического поведения иммигрантов используется понятие община (community). C одной стороны, оно включает в себя представление, что "этнические меньшинства пространственно концентрируются в соответствующих депривированных городских районах" [7, р. 338], и, следовательно, экономические характеристики и географическое положение этнической концентрации могут отрицательно влиять на занятость и сдерживать прибытие новых иммигрантов. С другой стороны, общины ограничены социально и способствуют адаптации иммигрантов к новым условиям через систему отношений, которые основаны на доверии, эмоциональной привязанности, сплоченности и характеризуются достаточной продолжительностью [3]. Общину в таком случае следует рассматривать через систему социальных связей: "Понятие община предполагает некий набор социальных связей, имеющих основание в общем для всей группы наборе отношений" [9].

Нами используется конструктивистский подход, предложенный Ф. Бартом и разрабатываемый В.А. Тишковым и Л.М. Дробижевой. Этот подход во многом ориентирован на работы И. Гоффмана: этничность описывается через конструирование взаимодействий. Автор исследовал процедуры, которые использовала этническая группа для репродуцирования этнической идентичности. Если следовать логике Ф. Барта, то "этничность – это форма социальной организации культурных различий" [2]. Этническая идентичность рассматривается как тип социального процесса, в котором понятия культурных различий заданы социальным контекстом, то есть этническая идентичность вписывается в систему стратификации или включена в борьбу за ресурсы. Ключевую роль в конструировании этничности играет политика этнического предпринимательства, то есть мобилизация со стороны лидеров членов этнической группы на коллективные действия, которые преследуют политические и экономические цели, а не выражают культурную идеологию группы или "волю народа".

Концепция социальных сетей первоначально возникла при описании иммиграционных процессов и применялась для объяснения экономического поведения иммигрантов (этот факт в большинстве теорий и исследований, по крайней мере экономических, чаще всего не учитывается). Рассматривались межличностные и деловые связи новых иммигрантов со своими предшественниками и представителями принимающей стороны, при этом выделены следующие типы связей: семейные, профессиональные, этнические и религиозные. Концепция построения социальных сетей открывает новые возможности при описании трансформирующегося общества, например, при изучении формальной организации рынков труда [3].

Географическая концентрация иммигрантов и этнических меньшинств в определенных городских районах является основной чертой "принимающих обществ". Формирование этнических поселений, или анклавов, и создание на их основе социальных сетей может быть объяснено через ряд факторов: защиту от дискриминации и ощущение психической безопасности в группе "своих", доступ к культурному или религиозному капиталу; предпочтение пространственной сегрегации, отказ от экономического взаимодействия с представителями других сообществ в пользу семейного или этнического бизнеса; использование специфического языка, цепь-иммиграции (chain-immigration) – благоприятные условия для иммиграции родственников. К. Кларк и С. Дринквотер показали, что в бедных районах, где проживают этнические меньшинства, наблюдается высокий уровень безработицы и низкая активность в сфере самозанятости [7]. Применительно к исследуемому объекту можно говорить о существовании анклавов как отдельных поселений не в рамках города, а в рамках области (например, поселение эстонцев или немцев, поселок иммигрантов из Таджикистана). Для города характерна не этническая сегрегация, а построение социальных сетей на этнической или иммиграционной основе.

Г. Боржас утверждает, что этническая сегрегация по месту проживания не является случайной: "люди сами выбирают тот тип людей, с которыми им нравится жить". Понятие этнические анклавы он объясняет, прибегая как к термину "принуждение", так и термину "выбор". Употребляя категорию выбор, Боржас подчеркивает, что члены группы этнического меньшинства предпочитают строить близкие отношения с членами своей группы для того, чтобы использовать возможности существующей социальной сети, а также проживать в рамках привычной культуры, традиционного лингвистического и религиозного сообщества [4]. Утверждается также, что этнические меньшинства принуждаются к поселению в особых районах через систему информационных барьеров, касающихся прежде всего информации об экономических возможностях, а также через дискриминацию на рынках труда и жилья. Р. Драго, например, считает, что сети белых рабочих в Англии контролируют доступ к высокооплачиваемой работе и препятствуют оседлости внутри города "переселенцев" из пригородов. Главная трудность, с которой сталкива