Особенности политической толерантности студенчества

С. М. Елисеев, И. В. Устинова, Санкт-Петербургский государственный университет

Многообразие интересов и мнений людей в современном обществе априори содержит в себе потенциал конфликтности и напряженности, что актуализирует ценность толерантности в политических взаимодействиях между социальными группами и индивидами. Студенчество как часть социальной группы молодёжи характеризуется специфическими чертами, среди которых - большая политическая активность и вовлеченность в общественные процессы. В ходе проведения в 2008 - 2009 гг. эмпирического исследования в Мурманской области мы поставили задачу изучить особенности политической толерантности этой группы молодежи, а также контекст и особенности её проявления.

Специфика политической толерантности. Понятие "толерантность" до сих пор вызывает дискуссии в содержательном плане, что создает трудности для исследователей-эмпириков при операционализации этого термина. Произведя анализ различных дефиниций, мы остановились на трактовке, которая закрепляет за "толерантностью" уважение культурных отличий - верований, образа жизни, ценностей и т.п. "другого", "иного". Толерантности или интолерантному отношению всегда предшествует процесс социальной идентификации и социальной категоризации, когда человек начинает дифференцировать "своих" и "чужих" ("других").

Особое место занимает политическая толерантность в контексте общей толерантности. Среди ее дефиниций следующее определение, на наш взгляд заслуживает внимания: "В политическом плане толерантность интерпретируется как готовность власти допускать инакомыслие в обществе и даже в своих рядах, разрешать в рамках Конституции деятельность оппозиции, способность достойно признать свое поражение в политической борьбе, принимать политический плюрализм как проявление разнообразия в государстве" [1]. М. Мацковский трактовал политическую толерантность как "отношение к деятельности различных партий и объединений, высказываниям их членов и т.д., где крайними формами проявления политической интолерантности являются: фашизм и свойственная тоталитарным режимам политика политических репрессий" [2]. В приведенных определениях имеется в виду, прежде всего, политическая толерантность, относящаяся к политической элите, "власть предержащим". Более широкое определение указанного понятия даёт Е. Б. Шестопал - терпимость к политическим оппонентам и политической оппозиции вообще [2]. Г. М. Денисовский и П. М. Козырева выделяют два аспекта политической толерантности: во-первых, на уровне взаимодействия политических сил она проявляется как признание права оппозиции на существование; во-вторых, в жизни отдельной личности - как готовность прислушаться к мнению политических противников [3, с. 9].

Политическая толерантность - это толерантность в сфере политики, что и определяет во многом ее специфику. Опираясь на идеи конфликтологической парадигмы, основу которой сформировали Р. Дарендорф и Л. Козер, политику можно представить как конфликт, борьбу, в которой те, кто обладает властью, обеспечивают себе контроль над обществом и получение благ. Так ее характеризуют видные представители конфликтологического направления К. Шмитт [4, с. 72], М. Уолцер [5, с. 27].

В качестве критерия определения природы политики К. Шмитт предлагает дихотомию "друг-враг". По его мнению, политика всегда предполагает взаимодействия групп, которые в отношении друг друга выступают в качестве "врагов": "Враг - не частный противник, ненавидимый в силу чувства антипатии. Враг, по меньшей мере эвентуально, т.е. по реальной возможности, - это только борющаяся совокупность людей, противостоящая точно такой же совокупности" [4]. Шмитт подчеркивает, что дихотомию "друг-враг" нельзя переносить из сферы политических взаимодействий в сферу взаимодействий межличностных. Он пишет, что враг в сфере политики вполне может быть другом в сфере частной. Главная идея, которую можно извлечь из его концепции, сводится к тому, что политика по природе своей задает отношения конфликта и соперничества, борьбы с "иным".

Если применять методологический принцип К. Шмитта при рассмотрении политической толерантности, то в качестве "чужого", "иного" (т.е. объекта толерантности) выступает "враг". Однако возникает логический парадокс. Если мы будем толерантны к политическому врагу, т.е. враг станет не-врагом, то утрачивается сущностный признак политических взаимодействий, политики как явления. По Шмитту получается, что толерантность к политическим врагам уничтожает политику как плоскость взаимодействий.

Эту проблему ставит в своей работе "О терпимости" М. Уолцер, когда задается вопросом: всегда ли и во всех ли ситуациях нужна толерантность? Так, он обращает внимание, что существуют виды социальных взаимодействий, которые в своей сущности предполагают интолерантность. Интолерантность, соперничество может диктоваться самими "правилами игры", т.е. спецификой этих взаимодействий. Иначе, в случае толерантности "игроков", игра может потерять свой смысл. К такой разновидности социальных игр он относит и политику.

Второй существующий в литературе подход описывает политику как сферу соискания власти и оказания влияния, принятия решений и руководства (т.е. осуществления власти), связанную с выдвижением целей развития социальной группы и распре