Концепция дифференциальной социальности

Единичная множественность

Данная статья рассматривает проблему интерпретации множественности процессов социальной коммуникации и представляет собой вариант генерализующей методологии междисциплинарных исследований общества. Процесс устроения общества рассматривается на стыке гетерологического (Ж. Делез, Т. Керимов) и социально-коммуникативного (Н. Луман) подходов. Предполагается, что пространство социальной коммуникации, включающее также практическое взаимодействие, образуется посредством дифференциации социальных процессов относительно друг друга. Они создают разнообразные системы различий, которые, применительно к различным аспектам взаимодействия, совместно проявляют одновременные свойства части и целого. Для описания такой дифференцированной, но упорядоченной структуры вводятся понятия гетерархии, заимствованное из кибернетики (У. Маккаллок), и участника 1 . Свойства целостности и различности процессов коммуникации обнаруживаются с помощью понятия сообщества как сообщающегося социального множества. В заключение даны характеристики существенных аспектов коммуникации сообщества, которые реализуют дифференцированные социальные процессы.

Вопрос о том, как понимать общество, развел философию и социальные науки на не связанные друг с другом направления, каждое со своим предметом исследования. Считается, что общество как целое непредставимо вследствие своей множественной природы. Такая посылка делит социально-гуманитарные науки сообразно отдельным аспектам социального существования. Сведение получаемых результатов теперь происходит в практике, т. е. признается, что рационализировать мы можем только сиюминутные события, тогда как полифония социального бытия остается и нередко объявляется недоступной, в связи с чем социально-гуманитарные науки переживают довольно неприятную профанацию. Однако вряд ли кто-то будет отрицать, что эта множественность странным образом остается упорядоченной и в таком виде продлевает себя во времени и пространстве день за днем, независимо от обстоятельств, а не превращается в хаос. В повседневной деятельности мы признаем единство общества и социальных процессов, но теоретически оно остается недоступным. Междисциплинарный анализ гетерогенных социальных процессов без соответствующей методологии и онтологии данной проблемы не решает, так как в конечном итоге приходится принимать те представления об обществе, которые бытуют в отдельно взятой дисциплине.

Все же в случае общества объект этих дисциплин был и есть общий, и соединение разнообразных дискурсов происходит в «черном ящике» повседневного существования [6, 6–13]. На последнее ссылаться стали относительно недавно, но имплицитно всегда «имели в виду», поскольку любые метафоры наполняются смыслом вследствие соприкосновения с фактической социальностью. Науки исследуют отдельные процессы и аспекты, но оставляют в стороне вопрос о множествах тел — единичных существований индивидов и групп, предпочитая видеть общество гомогенным как «общество вообще», «человек вообще» и распространять заведомо частные свойства своих объектов на все пространство социальности. Обсуждение целостности множественного существования сейчас происходит в «литературных» жанрах. А между тем существование этих единичных индивидов и групп и есть единственный серьезный предмет исследования, поскольку оно соединяет в себе любые социальные процессы и выступает их единственным субъектом.

Представляя собственную версию социальной реальности, социально-гуманитарные науки детально выделили отдельные аспекты и процессы, но сделали это при помощи классического представления о бытии и соответствующего концептуального аппарата. Другими словами, проблемы и процессы исследовались частные, а категории и метод их сведения использовались общие, метафизического происхождения. В результате происходила редукция бытия к отдельным аспектам существования, а частные свойства становились всеобщими. Этот же порок эссенциализма присущ и практическому знанию. Классическая метафизика, ведущая свое происхождение от утверждения Парменидом единства бытия, настойчиво пыталась редуцировать множественную природу общества к единым образцам сущностного характера. Предполагалось, что существует только один и общий для всех способ бытия, которому соответствуют не только единые принципы организации общества, но также их единое институциональное воплощение. Данная установка стимулировала поиск подобных образцов, на сравнении с которыми выстраивались правила отношений участников социального взаимодействия. В реальности же происходила неочевидная подмена, в ходе которой идеальным образцам бытия приписывались свойства конкретного социального сущего. Таким образом, вопрос о способе бытия замещался вопросом о способе конкретного существования [5].

Ориентация классической метафизики на поиск сущности до сих пор доминирует в социально-гуманитарном познании. Это значит, что социальные процессы представляются в виде последовательности абстрактных идей, как если бы задача социальных процессов состояла не в реализации коммуникации индивидов, групп, их институтов, а в реализации идей и находимого в них смысла. Основанием такого мышления является представление об уникальности социальных событий. Однако необходимо отметить, что уникальные события реализуются в пространстве коммуникации, которая вовсе не является уникальной, но, напротив, повторяющейся. Если конкретные институциональные формы коммуникации различны и непохожи друг на друга, то корректно они объясня