"Она писала в духе горных инженеров..." (газета "Екатеринбургская неделя")

С. Я. Бугаева

Облик административно-деловой, общественной и культурной жизни горного города Екатеринбурга до середины XIX в. определял горный чиновный мир во главе с главным начальником заводов "хребта Уральского". В штат горного правления, находившегося в самом центре Екатеринбурга, входило более 200 человек. Этот горно-административный монстр высоко возвышался над всем остальным городским начальством. Зенитом могущества горного ведомства были 30 - 50-е гг. XIX в. - времена генерала В. А. Глинки, когда горные инженеры надели военные мундиры и получили чрезвычайные права по управлению крепостным Уралом. Тогда же на них, как писал Д. Н. Мамин-Сибиряк, пролилось "благословение божие", скрытое в земных недрах". Так назвал писатель екатеринбургскую золотую лихорадку. "Конечно, - рассуждал Д. Мамин-Сибиряк, - горные чины развернулись не на свое казенное жалованье /.../ Да и как было не жить, когда, с одной стороны, одно крепостное право что стоило, а с другой - золотые, или только позолоченные набобы не могли обойти горную чиновную семью. Тут и ревизоры, и отводчики, и контролеры, и исправники, и безымянная тьма чиновничьей мелочи - все ловили удобного момента" [1].

В 1860-е годы все рухнуло одно за другим: крепостное право, военные чины, власть над гражданским населением и непререкаемый авторитет. В тотальной переоценке ценностей конца 50-х - начала 60-х гг. горным начальникам вменялись в вину бюрократизм, казнокрадство, чинопочитание, кастовость и многое другое.

Перестройка горного ведомства наряду с внешней имела и невидимую сторону изменения сознания, общественной и профессиональной культуры горных инженеров. Фасадом реорганизаций было введение новых, теперь уже гражданских, мундиров сужение функций рамками производственно-хозяйственного управления, освоение опыта службы в предпринимательских хозяйствах. Потребовались огромные усилия по преодолению в уральском обществе стереотипов восприятия инженеров лишь как "печальной памяти деятелей казенного горного дела".

Одними из первых, кто попытался преодолеть государственно-ведомственный потолок общественной службы, были горные инженеры Н. А. Полков и П. К. Штейнфельд, учредившие первую еженедельную политическую и литературную газету - "Екатеринбургская неделя".

Н.А.Полков, управитель Каменского казенного завода и П. К. Штейнфельд были однокурсниками, выпускниками Горного института 1860 г.

П. К. Штейнфельд - горный деятель, редактор-издатель газеты "Екатеринбургская неделя"

П. К. Штейнфельд появился в Екатеринбурге в 1876 г., имея за плечами большой опыт работы на разных казенных заводах. В это время главным механиком горного правления работал его старший брат, Н. К. Штейнфельд. Видимо, он и поспособствовал назначению Павла Капитоновича на должность окружного механика Екатеринбургского завода, а в 1878 г., перейдя на службу в военное ведомство, освободил для младшего брата место главного механика уральского правления.

Это было время общественного оживления, усиления натиска на либеральные реформы Александра II со стороны и правых, и левых. Голос в защиту идей либерализма звучал негромко и в узких аудиториях. Пропаганда идеалов всеобщего счастья носила наступательный характер. В таких условиях за перо брались люди, далекие от журналистики.

Инициатором издания "Екатеринбургской недели" обычно называют Н. А. Полкова. Сын Штейнфельда Владимир Павлович в письме к краеведу Черданцеву (1939 г.) подтверждает это: "Идея издания в Е[катеринбур]ге первого периодического органа принадлежит Н[иколаю] А[лександрови]чу (Полкову. - Б. С.), но выношена была совместно с отцом /.../ Он был в больших приятельских отношениях с ним [2].

Первое ходатайство Н. Полкова в Главное управление по делам печати относится к 1877 г. Из прошения видно, что редакторство газеты Полков брал на себя, а вторым редактором просил утвердить А. А. Клопова, юриста по образованию. Эта кандидатура, после запроса в III отделение, сразу же была отклонена.

В 1878 г. Н. Полков, не дождавшись официального разрешения на издание газеты, неожиданно умер. Дальнейшие хлопоты по изданию взяла на себя вдова А. А. Полкова, дочь горного инженера А. Х. Зигеля. В письме к Н. А. Иосса она так объясняла свою позицию: "Пользуясь тем, что находятся люди, желающие издавать газету, я /.../ хлопочу об ней, как о лучшем памятнике, потому что, какова она ни будет, пользу краю принесет и одним этим уже осуществит его последнюю мысль" [3].

В мае 1879 г. А. А. Полкова была утверждена в правах издательницы, а П. К. Штейнфельд первым редактором [4]. 39-летний Павел Капитонович к тому времени один раз попадал в поле зрения политического сыска. В обзоре за 1875 г., сделанном майором корпуса жандармов по Екатеринбургскому уезду, П. К. Штейнфельд подозревался в связях и сочувствии политически неблагонадежным Н. Д. Сушиной и В. П. Обреимову [5]. Сообщение осталось без последствий.

О старшем лесничем уральских заводов В. Н. Мылове, сначала цензоре, а затем втором редакторе (утвержден в 1882 г.) В. Штейнфельд сообщает: "Отец с ним был в приятельских отношениях, их сблизила газета "Екатеринбургская неделя", в которой он нередко пописывал, к тому же был и первым назначенным Питером цензором ее. Последнее обстоятельство служило довольно часто причиной разногласий и столкновений его с отцом /.../ В критические минут