Опоздавший Потемкин

Сергеев С. М., Морозов Е.

Генерала Фадеева лучше помнят на Балканах, чем в России. На родине его имя известно лишь узкому кругу специалистов, его сочинения последний раз издавались сто с лишним лет назад, единственная книга о нем вышла тиражом 150 (!) экземпляров (1). Между тем, это очевидная несправедливость. Прислушаемся к мнению компетентных людей. Граф С.Ю. Витте, родной племянник нашего героя: "Должен сказать, что я не встречал в своей жизни человека более образованного и талантливого, чем Ростислав Андреевич Фадеев, что, впрочем, должно быть известно всем образованным людям в России (увы! — авт.), ибо Фадеев написал замечательные работы не только по военной части <…>, но и по внутренней и внешней политике <…>" (2). Крупный русский правовед барон Б.Э. Нольде: "Я не знаю книг по восточной политике России, равных по силе и по широте исторического горизонта, фадеевской "Кавказской войне" и его "Письмам с Кавказа"; конечно, славянская внешняя программа России нигде не излагалась глубже и зрелее, чем в его "Мнении о восточном вопросе"; наконец, лучшим выражением идей русского конституционализма эпохи Александра II бесспорно была <…> книга Фадеева "Русское общество в настоящем и будущем (Чем нам быть)" <…>" (3). Современный молодой, но весьма основательный историк И.А. Христофоров говорит о Фадееве как о "несомненно талантливом писателе и оригинальном мыслителе" (4). Не настало ли время сдуть пыль с пожелтевших страниц и воздать должное этому выдающемуся человеку?

***

Ростислав Фадеев родился в Екатеринославе 28 марта 1824 г. в старинной дворянской семье. Его отец, Андрей Михайлович, уже в 1840-х гг. дослужился до поста саратовского губернатора, затем был управляющим государственными имуществами в Закавказском крае, членом Совета Главного управления наместника Кавказского с чином тайного советника. Мать, Елена Павловна, урождённая княжна Долгорукая, отличалась редкой образованностью и даже учёностью: она известна в истории науки своими вполне профессиональными исследованиями кавказской флоры. Кроме Ростислава, в семье было три дочери: Елена (в замужестве Ган, мать известной теософки Е.П. Блаватской), Екатерина (в замужестве Витте, мать Сергея Юльевича) и Надежда (в дальнейшем издательница посмертного собрания сочинений брата). Многое сын взял от родителей, но ещё больше пришло от дальних предков — прежде всего горячий, вспыльчивый, иной раз даже буйный нрав. Карьера не задалась ему с юности. Уже в пятнадцать лет, в Петербургском артиллерийском училище, молодой человек попал в историю — дал пощёчину офицеру-воспитателю (тот якобы грубо схватил его за волосы). Император Николай Павлович нарушений дисциплины не прощал никому, и строптивый юнкер был отправлен в ссылку, в крепостную артиллерию Тирасполя, простым солдатом. Через три года он вышел в отставку и уехал к родителям в Саратов, где несколько лет прожил без определенных занятий, усердно пополняя свое образование чтением огромного количества исторической и философской литературы. Однако натура иногда брала свое и Фадеев срывался, пускаясь во все тяжкие: то разгуливал по городу в костюме Адама, то палил в воздух из пистолетов, — очевидно горячая кровь юноши требовала дела.

И вот он уже, с 1850 г. — волонтёр Кавказского отдельного корпуса, без чина и должности доблестно сражается в рядах русских войск. В 1852 г. — получает чин подпоручика и орден св. Анны 3-й степени с бантом, в 1853 — чин поручика и золотую саблю с надписью "За храбрость", в 1854 — орден св. Владимира 4-й степени с бантом. В это же время Ростислав Андреевич осуществил и свои первые литературные опыты — статьи в газете "Кавказ". Продвигаясь по лестнице чинов и званий, Фадеев в 1856 г. становится офицером штаба Отдельного Кавказского корпуса, в 1857 — штабс-капитаном, в марте 1858 — капитаном, а с сентября того же года — офицером "для особых поручений" при главнокомандующем Кавказской армией князе А.И. Барятинском и близким сотрудником начальника штаба Д.А. Милютина. Эти незаурядные военные руководители оценили не только храбрость и распорядительность темпераментного и эксцентричного капитана, но и его блестящее перо. Фадеев делается чем-то вроде пресс-секретаря Кавказской армии. Но и "бой кровавый" продолжает его манить — именно он настоял в 1859 г. на штурме последнего оплота Шамиля, аула Гуниба, который многие предлагали взять измором, и не только настоял, но и сам, в составе лейб-гвардии Измайловского полка принял в этом штурме самое непосредственное участие, что отмечено орденом Св. Станислава и чином полковника. Барятинский подарил ему после капитуляции Шамиля личное знамя легендарного имама (то самое, которое на известной картине Ф. Рубо вождь мятежных горцев передаёт в реки русских офицеров). Он же поручил новоиспеченному полковнику написать официальную историю Кавказской войны. В 1860 г. Фадеев издал её под названием "Шестьдесят лет Кавказской войны". 9 марта 1860 г. за эту книгу Ростислав Андреевич был избран действительным членом Русского географического общества.

Итак, карьера выправилась. Фадеев получает генеральский чин (1864), успех у читателей он закрепляет серией статей в "Московских ведомостях" (1864–1869) под общим названием "Письма с Кавказа", написанных по поручению нового наместника Кавказа, великого князя Михаила Николаевича, при котором он также нескольк