Полтавская битва

Ганичев В. Н.

Несколько раз Отечество наше, его вера, его речь подвергались угрозе уничтожения. Тогда во весь рост вставал народ, звучало призывное слово и тогда враг оказывался обречен и повержен. Так было на Куликовом, Бородинском, Прохоровском полях. Так было и во время судьбоносной Полтавской битвы в 1709 году. На эту историческую победу, 300-летие которой мы должны отметить в 2009 году, солдат вдохновило высокое, драматическое, обращенное к Богу и Отечеству, проникновенное слово Петра I.

Начало XVIII века. Россия, собравши силы, решила возвратить исконные славянские земли и выйти к морям. Прорубить окно в западную Европу через Балтику и через полуденное окно Черноморья выйти на её южные земли в Переднюю Азию и Африку. Пётр I уже отвоевал Азов и Таганрог, но Чёрное море было ещё "озером турецких султанов". Воевать на два фронта он не мог и сосредоточился на возвращение Балтики. Побережье Финского залива, Нева должны были стать русским предмостьем Европы.

Но на пути этим устремлениям стал молодой, энергичный, самонадеянный и талантливый шведский король Карл XII.

Армии двух императоров сошлись под городом Нарвой.

Пётр только что начал создавать свою регулярную армию, оснащать её современным оружием, но не успел. Армия была напичкана иностранными наёмниками, всякого рода советниками и авантюристами. Пётр после поездки в Европу слепо доверял им.

В итоге — жестокое и, казалось, уничтожающее поражение России. Европа зааплодировала Карл был признан самым выдающимся, самым непобедимым полководцем того времени, а может и всех времён. Карл выпустил медаль в честь победы, где Пётр бежал от него, теряя шпагу и шляпу. Хор славословия был так единодушен, что Карл и сам поверил в это. Не поверил в это один Пётр. Он нисколько не сомневался в предназначении России и в то, что заложенный им Петербург станет новой её столицей. Карл же был самонадеян и даже легкомыслен, заявив о петровской затее: "Пусть строит, всё равно это будет наше". Пётр же понимал, что поражение потерпела не его армия, которую он задумал, как современное войско, а та спешка, с которой начиналась война, и шаткость и непрочность его союзников.

Правильно было сказано, что, если в строительстве кораблей, создании промышленности можно было доверять иностранцам, то на войне, требующей героизма, самопожертвования, презрения к смерти и других воинских качеств, рассчитывать на них невозможно. Стало абсолютно ясно, что умирать за "эту" страну, за эту варварскую Московию они не будут.

С невиданным упорством, большой энергией Пётр проявил одно из самых сильных своих качеств — умение извлекать уроки из событий, использовать неудачи как толчок, рычаг для их преодоления, как орудие победы. Он стал создавать новую армию. Он делал вывод в "Гистории свейской войны", что когда это несчастье, вернее, "великое счастье" произошло, оно вынудило русских отказаться от войны и проявить небывалое трудолюбие и активность. В армию прошёл новый массовый призыв, рождалась мощная уральская металлургия, было отлито 300 новых пушек и гаубиц. Разведки доносили в Европу: "Русская армия стала втрое сильнее прежней".

Но Карл XII с презрением отказался прислушиваться к этим сообщениям. Он почитал себя Александром Македонским, и один из его генералов с беспокойством говорил, что король "больше не слушает чужих советов, он делает вид, будто Бог непосредственно внушает ему, что он должен делать".

Он начинает боевые действия на территории Польши, двинулся, чтобы посадить на престол "своего" польского кроля Станислава Лещинского, на разгром саксонского союзника России курфюрста Августа II (уже свергнув его с польского престола).

К началу 1707 года русские армии сосредоточились недалеко от Львова в районе Жолквы. Здесь и собрались всё ведущие русские военачальники: Меншиков, Шереметьев, Головкин, Григорий Долгорукий. Туда же прибыл и Пётр. Состоялся Генеральный совет, который разработал Жолковский план осторожного постоянного изматывания шведских войск. Пётр понимал, что вторжение в Россию неизбежно. Поэтому в плане говорилось, что "надо будет дать баталию при своих границах, когда того необходимая нужда требовать будет".

А в "Польше на переправах и партиями также оголожением провианта и фуража томить неприятеля".

Шапкозакидательства уже не было, а был расчет перекрыть все направления движений войск шведского короля на Москву через Белоруссию или Украину. Везде укреплялись крепости, готовились отряды лёгкой кавалерии, подготавливались отряды сопротивления местного населения, уничтожение всех источников снабжения.

Высшей точкой плана должно было стать генеральное сражение на русской территории. Где оно будет? Конечно, никто не знал, но в истории позднее высветилось название — Полтава.

Этот небольшой город-крепость был обнесён земляным валом с деревянным палисадом для защиты от набегов крымчаков. В зиму 1708 — 1709 гг. тут кипела работа. Пётр приказал укрепить её согласно предписанию тогдашней инженерной науки. В городе было всего 2,5 тысячи жителей, но её гарнизон состоял из 4 тысяч человек. Комендантом Полтавы был расчётливый, мужественный и стойкий полковник Иван Степанович Келлин.

В это время Карл XII уже распотрошил всех основных союзников Петра. С первых дней выведена из Союза с Россией Дания. Он громил поляков и заставил отречься от престола короля Пол