Кризис forever? Проблемы современной экономической теории

Билыч Геннадий Юрьевич.

Все, что необходимо для установления природы экономических кризисов, уже создано экономической теорией. Достаточно подробно разработанная теория экономического равновесия и совершенной конкуренции представляет собой теорию кризиса. Известно, что в условиях равновесия прибыли предприятий равны нулю и экономический рост невозможен, что является определяющим признаком кризиса. Почему-то этим фактам долгое время не уделялось должного внимания. Но пришло время по-новому взглянуть на достижения современной экономической науки, в том числе, на теорию Шумпетера, которая раскрыла условия существования экономического роста и объяснила циклический характер развития.

Многие экономисты характеризовали состояние своей науки в 70-х – 80-х годах прошлого века, как всеобъемлющий кризис. Позже, немного успокоившись, заговорили о затянувшемся периоде накопления необходимых данных, которые в будущем обязательно приведут к прорыву и преобразованию экономической теории в полноценную науку. Образцом полноценной науки обычно считалась физика. Но уныние и растерянность настолько было (и есть) сильным, что многие считали (и считают) невозможным достижения социальными науками уровня точных наук. Причина заключается в воздействии на экономические процессы сознательного поведения человека, который по различным причинам не всегда ведет себя рационально. Поэтому результат поведения становится непредсказуемым и говорить о будущем можно только с некоторой вероятностью. Разброд и шатания были, безусловно, связаны с экономическим кризисом начала 70-х годов и концом, как казалось, Кейнсианской (Keynes, J.M.) революции. Беспомощность экономической теории особенно наглядна во времена кризисов.

Говорить о полноценности науки, которая неспособна не только предсказать очередной кризис, но и внятно объяснить его природу и причины наступления, явно преждевременно. Долгое время ситуацию спасала теория Дж. М. Кейнса, рожденная во времена Великой депрессии 30-х годов. Эта спорная теория достаточно быстро завоевала сердца, и на это было две причины. Во-первых, никаких внятных теорий кризисов, за исключением некоторых разрозненных идей и странных теорий, одна из которых даже связывала цикличность экономического развития с Солнечной активностью, в то время не было. Во-вторых, идея упала на очень благодатную почву: теория призывала к активному государственному вмешательству в рыночные механизмы. Учитывая, что государственное вмешательство, которое в период Первой Мировой войны и позже дало возможность почувствовать правительствам свою небывалую силу и власть, в дальнейшем только усиливалось, подобная теория быстро была подхвачена многими странами. Если не вдаваться в подробности, то суть теории в том, что по неведомой причине в некоторые периоды спрос внезапно падает, а сбережения растут, что порождает цепную реакцию неуверенности и приводит к сокращению производства и занятости. (Интересно, многие из нас наблюдали в преддверии нынешнего кризиса внезапно падающий спрос и рост сбережений? Все происходило, ровно, наоборот.) Негибкость цен приводит к дисбалансу рыночного механизма и возврат к нормальному состоянию невозможен без вмешательства государства. Имеется некий скрытый рыночный дефект, который лечится искусственным стимулированием спроса, заливанием экономики деньгами. Как предлагал Кейнс, в тяжелые времена сгодится даже такой экстравагантный метод поддержания спроса, как зарывание ассигнаций в шахты. Люди будут заняты отрыванием денег, поэтому занятость будет высокой, люди будут тратить найденные деньги на товары и услуги, поэтому будет наблюдаться экономический рост. Правительства до сих пор активно используют этот метод, раздавая деньги и кредиты всем подряд. А потом с удивлением взирают на высокие оклады управляющих крупных страховых компаний и банков. Но правительства сами провоцируют такое поведение, помогая неэффективным компаниям в тяжелые времена. Ничто не мешает им рисковать и выдавать ничем необеспеченные кредиты, зная, что помощь всегда придет. Поэтому свои высокие оклады они заработали. Регулирование в одном месте, через некоторое время, требует регулирования в другом. Одна проблема порождает другую, если недостаточно хорошо знаком с действием механизма.

Теория Кейнса потребовала отказа от соблюдения закона Сэя, который провозглашал равенство между спросом и предложением. Жертва была чрезвычайно значимой, поскольку все ценообразование основано на этом законе. Точка пересечения кривых спроса и предложения определяет цену любого товара. Определение цены возможно только при равенстве спроса и предложения. Отказ от закона Сэя равносилен признанию таких явлений, как «недопроизводство» и «перепроизводство». Обосновано ли существование таких понятий? Очень многие считают, что нет. «Недопроизводство» или необеспеченный спрос легко устраняется в рыночной экономике повышением цены, которая приводит к установлению равенства между спросом и предложением. «Перепроизводство» или возрастающие непроданные складские остатки какого-либо товара говорит о несогласии производителя с установившейся рыночной ценой. Но это проблема производителя, а не экономики в целом. Ему можно только посоветовать работать более эффективно: снижать издержки, внедрять новые технологии, совершенствовать управление. Он оказался на обочине рынка, если не согласен с рыночной ценой продукта. Его складские запасы никого беспокоить не должны, включая экономистов. Его товар не участвует в процессе рыночного обмена, и