«Черная легенда» об Испании в русской культуре

«Черная легенда» об Испании в русской культуре

Е. О. Калугина

Образ Испании в русской культуре включал в себя не только экзотику южной природы, где «ночь лимоном и лавром пахнет», красоту испанских женщин, неистовое напряжение «балконно-кинжальных» любовных страстей, но воспринимался также сквозь призму «черной легенды». Некогда для многих в России Испания олицетворяла страну «суеверия, деспотизма и религиозного гнета», в которой царила зловещая и таинственная инквизиция, страну, где во славу Божию горели костры и «В великолепных автодафе / Сжигали злых еретиков» 1.

Любопытно, что этот образ, начало которому положила в конце XVI в. «черная легенда» о Филиппе II, созданная его личным секретарем, а затем смертельным врагом Антонио Пересом, и которую впоследствии развили французы, англичане и голландцы, закрепился и в русской культуре.

--------------------------

1 Достоевский Ф. М. Братья Карамазовы // Полн. собр. соч.: В 30 Т. Л., 1976. Т.14. С. 226.

Интересно, что раньше, чем в западноевропейской культуре сформировалась «черная легенда» об Испании, на Русь уже проникали сведения об испанской инквизиции. Эти известия, вероятно, вообще были первыми данными в Московии об этой далекой экзотической стране. «Сказывал посол цесарев... про шпанского короля, а имени ему не помнит, тот король очистил свою землю от ересей жидовских...»— писал новгородский архиепископ Геннадий Гонзов московскому митрополиту Зосиме, пересказывая ему «Речи» посла императора Максимилиана I — Георгия Делятора (della Torre) 2. Посол, проезжавший через Новгород летом-осенью 1480 г., сообщил архиепископу о борьбе Фердинанда Католика с ересями 3. В послании Геннадий выразил свое восхищение подобной деятельностью испанского короля, «что на лихих крепко стоит» 4.

Высокая оценка инквизиционной практики Фердинанда Католика новгородским архиепископом может быть понята в связи с его собственной борьбой с ересью жидовствующих, незадолго перед тем обнаруженной им, и надеждой Геннадия на то, что опыт «шпанского короля» может оказать влияние на антицерковную политику Ивана III .

----------------------

2 Седельников А. Д. Рассказ 1490 г. об инквизиции// Труды Комиссии по древнерусской литературе Академии наук. I. Л., 1932. С. 51; Алексеев М. П. Очерки истории испано-русских литературных отношений ХУ1-Х1Х века // Русская культура и романский мир. Л., 1985. С. 7.

3 См.: Седельников А. Д. Указ. соч. С. 49.

4 Там же. С. 50.

5 См. там же. С. 55.

В рассказе Геннадия, известном под названием «Речей посла цесарева», усматривается несколько аналогий между испанским и русским «жидовством», объясняющих обостренный интерес Геннадия к институту инквизиции. Как следует из «Речей», испанская инквизиция возникла на почве борьбы со скрытым иудаизмом новообращенных в христианство евреев, так называемых «marranos», — аналогия эта была воспринята Геннадием тем охотнее, что он сам обвинял жидовствующих в ложном христианстве 6. Возможно, что в своих расправах с еретиками новгородский архиепископ вдохновлялся примером «шпанского короля»: устраивал в Новгороде «позорные вождения по улицам» осужденных жидовствующих, посаженных на лошадей, лицом к хвосту, в вывороченном платье, в берестяных остроконечных шлемах с мочальными кистями, «в каких изображаются бесы», в венцах из сена и соломы, с надписью «Се есть сатанино воинство!». В таком наряде их возили по улицам новгородским, встречающиеся плевали им в глаза и кричали: «Вот враги Божий, хулители Христа!» В заключение на еретиках зажигали шлемы 7.

Единомышленник Геннадия, главный представитель «казнящего направления», знаменитый Иосиф Волоцкий в Москве достиг большего: запылали не одни шлемы, но и сами еретики. «Дьяка Волка Курицына, Ивана Максимова, Дмитрия Коноплева, какого-то Митю Пустоселова сожгли в клетках. Некраса Рукавова, по отрезании языка, отослали в Новгород и там сожгли вместе с архимандритом Юрьевским Касьяном, братом Касьяна Иванкою Самочерным и многими другими» 8.

----------------------

6 Седельников А. Д. Указ. соч. С. 56.

7 См. там же. С. 57.

8 Хрущов И. Исследования о сочинениях Иосифа Санина, преп. Игумена Волоцкого. СПб., 1866. С. 193.

Однако «...зрелище горящих еретиков не обратилось на Руси в постоянное. Ни Геннадию, ни Иосифу не удалось стать учредителями инквизиции»9. До какой степени странными представлялись их действия, видно из вопроса великого князя Ивана Васильевича Иосифу Волоцкому: «Как писано, нет ли греха еретиков казнить?»10 А между тем известно, что Иван III был весьма крутого нрава. В самом же «Иосифо-Геннадьевском инквизитствовании» было существенное отличие от Запада. Там светские власти доносили о преступниках Церкви, а она уже сама расправлялась с ними. У нас же, по выражению Карамзина, еретиков судили по «градскому закону»11. Возможно, все инквизиционные оттенки в действиях и писаниях Геннадия можно объяснить влиянием доминиканского ордена, известного своими преследованиями еретиков 12. Поселения доминиканцев существовали в Новгороде в конце XV — начале XVI в. Однако, это католическое влияние не могло быть длительным. Религиозная жизнь Московского государства направлялась византийской традицией и не могла регулироваться западной Церковью.13

Как эхо западных веяний можно рассматривать и учреждение института инквизиторов Петром I в 1721 г.14 Во главе инквизиторского приказа первоначально состоя

Внимание, отключите Adblock

Вы посетили наш сайт со включенным блокировщиком рекламы!
Ссылка для скачивания станет доступной сразу после отключения Adblock!

Скачать